Между третьим и четвертым залами прятался узкий коридор, над которым светилась зеленая вывеска с нарисованной лестницей. Нырнув в коридор, Раст и Ант окунулись в неестественно холодный и сырой пролет, где их встретила старая лестница со скошенными ступенями. С одной стороны лестница крепилась к высоченной, шершавой, бетонной перегородке, а вот с другой ограничивалась прозрачной стеклянной стеной, похожей на ту, что располагалась в тоннеле и защищала тюрьму. С высоты открывался поистине пугающий вид на огромный, скрытый полумраком, зал. Стройные ряды камер блестели огнями смотровых окон и информационных мониторов, а вместе превращались в точки, в каждой из которых теплилась чья-то жизнь. Никто доподлинно не знал, в каком именно состоянии пребывал заключенный в момент сна, жил ли он в Эхо, или проживал в другой дополненной реальности, или, что намного страшнее, просто спал. Десятки лет вакуума, зияющего пустотой, сна с вполне предсказуемым итогом. Раст умолчал о количестве тех, кто, будучи погруженным в сон, там и остался.
Большая часть камер стояла неподвижно и терялась в темноте залов, но некоторые точки, точнее ряды точек, двигались. Подобно жемчужинам, нанизанным на нитку, они выстраивались в цепочку и организованно меняли положение, разъединялись и снова соединялись. Но был внутри зала блок камер, который бросался в глаза и оставлял немой вопрос. Он располагался в дальней части, в углу и отличался от остальных. Камеры этого блока располагались вплотную и образовывали черный безликий куб. Выделялись они даже не расстановкой, а тем, что в них, и вокруг них полностью отсутствовало освещение. От созерцания подобного по телу пробегала дрожь, а в воздухе повисала тупая безысходность.
Соскальзывая и спотыкаясь на ступенях, Раст и Ант добрались до третьего пролета, как вдруг погас свет, а вдалеке возникли и быстро приближались голоса погони. Топот становился громче, голоса разборчивее. Оказавшись в полной темноте, Раст слегка опешил, – Быстро они! – и, не останавливаясь, спросил, – Поздравляю, Ант, нас раскрыли! Какой план?
– План? А кто сказал, что есть план? – в голосе Анта звучала пугающая серьезность.
Лишенные обзора, а значит и возможности подготовиться к изменившейся обстановке гости не поняли, как оказались в тупике, – Здесь должна быть дверь.
Тяжело дыша, Раст постучал по препятствию, которое ответило глухими звуками, похожими на звук бетона или кирпича, но никак не деревянной двери.
– Кажется, с нами играют, – подключился Ант, – Раст, постарайся вспомнить точное место, где была дверь, представь ее и открой. Дверь находится ровно там, где была всегда.
– Ант, я не могу все это, ты же знаешь!
– Вспомни, где была дверь и представь ее, ничего сложного, просто представь!
Несколько секунд Раст безрезультатно рыскал по поверхности препятствия. Оно осыпалось небольшими камнями, песком и едкой пылью. На ощупь препятствие казалось холодным, влажным, и абсолютно ровным.
Раст закашлялся, – Здесь ничего нет.
– Есть, ты сказал, здесь должна быть дверь. Значит, здесь есть дверь.
– Конечно, есть, – закричал Раст, – Конечно есть, – и медленно провел рукой слева направо, как вдруг тыльная сторона ладони дотронулась до чего-то твердого. Предмет, до которого дотронулся Раст, был холодным и гладким. Ручка поддалась небольшому усилию, в темноту ворвался свет, а вместе с ним и новый запах. Яркая сырость сменилась аппетитными ароматами еды и неуместными искусственными нотами ванили.
За скрытой дверью гостей ждал длинный коридор с мягким покрытием на полу, и картинами в деревянных рамах на стенах. Вдоль стен, в шахматном порядке располагались десятки дверей. Когда входная дверь захлопнулась, гости погрузились в тишину. Пропали топот и крики, а над головами Раста и Анта зажегся приветственный фонарь. И без того светлый коридор реагировал на движение, и с удовольствием подсвечивал то место, где находились гости.
– Нам нужно на самый верхний ярус, – прошептал Ант.
– Это выше, здесь зона отдыха хранителей тюрьмы.
– Но лестница закончилась на этом этаже.
– Техническая часть выше и у нее свой вход. Он находится там, в конце коридора, – Раст старался говорить как можно тише, чтобы не привлечь ненужное внимание.
В середине коридора Ант кивнул, указывая на картину. На стене висело изображение серого дома. Как и положено, символ нового времени блестел сотнями огней и казался более величественным, чем бы на самом деле. Стоит заметить, что изображение, особенно выполненное красками, встречалось не часто. Культ людей и зданий остался в прошлом, что и вызвало добрую улыбку Анта.
– Тюрьма очень странная. Невероятные залы, супероснащенная зона управления и старая, обшарпанная лестница. Не удивлюсь, если то место, куда мы направляемся, вообще аналоговое. Стоп! Ты это слышал? – Ант остановился и поднял руку.
– Что?