За долгое-долгое время ни одна нога больше не ступила на порог дома Анта. Ант трепетно относится к новому творению, да и встречи в хижине не считал безопасными. Каково было удивление Ника, когда он узнал, что знаком не со всем Кубом, а лишь с его небольшой частью. Однажды, прогуливаясь вдоль берега, Ник увидел Анта, который шел босяком навстречу. За Антом плелись двое и это достаточно удивило. По высоким сутулым силуэтам Ник узнал братьев Михаила и Гавриила. Ник, ожидавший гостей в летней хижине, был одет соответственно погоде. На нем была бежевая футболка и, небрежно наброшенная сверху, легкая серо-голубая кофта с тонким вязаным поясом. Близнецы же были укутаны в теплые, с большими воротниками, куртки, широкие штаны и высокие сапоги. Их щеки светились красным румянцем, а из-под шапок торчали слипшиеся локоны волос.
Оказавшись от Ника в тридцати шагах, Ант остановился, взмахнул приветственно рукой, и направился уже не вдоль берега, а прямиком в воду, при этом он не тонул, а шел по воде. Братья слегка помедлили, но проследовали за Антом. Ник читал текстуру и хорошо видел помост, по которому двигались Ант и гости. Непосвящённый наблюдатель мог прийти в полнейший восторг, ведь трое молодых людей, как ни в че не бывало, шли по поверхности воды. Канонический образ разрушал Ант, из-под белоснежной рубашки с короткими рукавами которого, выглядывали разрисованные узорами руки. Дойдя до края невидимого помоста, молодые люди подняли тяжелую крышку люка, спустились вниз и исчезли под водой. Ржавая металлическая крышка торчала из глади воды в двадцати шагах от берега, и поскрипывала на ветру.
– То есть вот как?! – удивленно выкрикнул Ник, спускаясь в новое пространство. Как только Ник ступил на поверхность пола, люк над головой с грохотом захлопнулся. Яркий луч света, исходивший сверху, исчез, отчего в помещении стало совсем темно. Пропали и звуки воды.
– Верху небезопасно, – прошептал Ант и развел руками, знакомя гостей с очередным творением. Минус первый этаж Куба походил на бункер с толстыми стенами, которые были отделаны квадратными металлическими плитами, – Это экраны, – ответил Ант на взгляд Ника, – Так у них будет меньше шансов нас слышать, хотя и это не точно.
Внутри бункер казался защищенным и угрюмым, темным и непредсказуемым. Тусклый свет горел лишь над тем местом, где находились гости, остальная часть бункера пребывала в полной темноте, отчего его размеры оставались загадкой. Лишь тусклые красные световые полосы на полу указывали направления. Одна полоса уходила вглубь, а две другие в стороны. Очерченное двумя фонарями пространство содержало минимум мебели: стол, десяток стульев и несколько проекторов.
Близнецы принесли информацию из корпораций. Михаил с командой из двух человек проник в Марджив, Гавриил посетил крышу Оптикум. Словно по команде братья сбросили с плеч рюкзаки, достали черные металлические коробки и положили на стол перед Ником.
– Здесь все, – Михаил показал на устройства, – Я даже на цифры не смотрел, чтобы ненароком чего ненужного не запомнить. Все прошло без сучка, без задоринки. Холодно только, но это переживем. Что дальше?
– Вас надо спрятать, поменять личности. Об этом позаботится Марк, – Ант сидел поодаль и внимательно наблюдал за происходящим, – И ждем команду.
– Какая, когда? – выпалил Гавриил.
– Не сейчас. Всему свое время, – отрицательно покачал головой Ант.
Через час в бункере появились Иван и День. Их группы проникли в Джениос и Нэррис. Производственные площадки корпораций оказались точными копиями друг друга, что значительно сократило поиск передающих шахт. Иван выглядел уставшим, он громко приземлился на стул и, надвинув кепку на лоб, закрыл глаза. Все, что он выдавил, перед тем, как провалиться в сон: «Холоди-и-ина!».
День медленно подошел к Нику, обнял, достал из внутреннего кармана теплой куртки черную металлическую коробку и вложил ему в руку, после чего еще раз обнял и молча ретировался. Обычно громкий и активный, День выглядел уставшим и подавленным, однако никто, кроме Анта не обратил на это внимания. Ник увлеченно листал карты Нейма и двигал улицы, изучал новые данные, близнецы тихо переговаривались и подшучивали друг над другом. Иван, посапывая, спал.
Ант проводил Деня задумчивым взглядом. Похожую перемену в поведении близкого человека он уже видел. Много лет назад Раст, как минуту назад День, словно прощаясь навсегда, нежно обнял друга. Незначительный жест мог и должен был остаться незамеченным, но глаза, наполненные вселенской грустью, сказали лучше любых слов.