Мы встречаем уже знакомых героев спустя восемь лет после событий, описанных в первой книге.Трагическая случайность вмешивается в счастливую рутину молодой семьи и переворачивает жизнь Евы с ног на голову. Сможет ли она справиться с несчастьем, постигшим ее? Найдет ли ответы на неприятные и тяжелые вопросы? Сможет ли снова быть счастливой?Шаг за шагом следуя в новую жизнь, Еве придется переосмыслить многое.Содержит нецензурную брань.Третья книга из цикла «Воздушные замки».
Знакомые ладони закрыли мне глаза.
Я улыбнулась и положила свои руки поверх.
– Я опоздала, да?
– Угу. Как всегда. – голос Лукаса звучал невнятно, потому что он одновременно пытался целовать мою шею и говорить. – На меня возложена миссия вызволить тебя из-под чар магазина и вернуть в тепло семейного очага.
– Мариза?
– Уже там.
– Подарок?
– У Маризы.
– Без нас не начнут?
– Ни в коем разе.
– Тогда, мне кажется, тебе стоит убрать руки из-под моей блузки.
Локи демонстративно вздохнул и покорился.
– Я не могу перестать думать, что можно просто запереть дверь с этой стороны и мы бы…
– …по возвращении собрали немало понимающих взглядов любимых родственников…
– …и дофигаллион вопросов на тему «когда ждать второго». – Лукас еле заметно помрачнел. – Да, ты права. Так пойдем же.
– Пять минут. Сниму кассу и все приберу. Ты иди.
– Точно? Если пять минут, я могу и подождать.
– Иди. Отвлеки там всех, чтобы я прошмыгнула незамеченной.
– Взять огонь на себя? Ты совершенно мной не дорожишь. Ладно-ладно, я прикрою, но если ты не перейдешь дорогу через четверть часа…
Я мягко подтолкнула его к выходу.
– Засекай время.
Он ушел, и я огляделась. Все было прибрано и мне действительно не требовалось много времени, но я любила закрывать магазин одна. Без суеты снять кассу, пересчитав дневную выручку, закрыть ставни на окнах, опустить штору над витриной, аккуратной стопкой сложить свои блокноты и бумаги на столе, с тем чтобы завтра снова навести среди них хаос, погасить свет, обойти матово поблескивающие в полумраке шкафы, стряхивая несуществующие пылинки.
Иногда мне казалось, что я существую в двух мирах: книжном, в котором у каждой страницы был голос, и я слышала его, и настоящем, где я была счастливой женой, матерью, дочерью. Самой обычной женщиной.
Привычные монотонные действия были ритуалом, переключавшим мои мысли, разделявшим два моих лица. По утрам, открывая дверь, и вечерами, запирая на замок, я остро ощущала, как порой наслаиваются друг на друга реальности, даря вдохновение, возвращая воспоминания.
Я всегда грустила о Голде в эти мгновения. Два года как его не было с нами. Не было со мной. Старый лис загодя знал отмерянное ему время, и, конечно же, продумал все заранее.
В последнее Рождество Роберт собрал всех у себя – нам бы заподозрить неладное – но мы просто радовались празднику и чудесным подаркам, выбранным хозяином с колдовской – а какой же еще – точностью.
Моим подарком были ключи.
Старомодные латунные ключи на огромном кольце, увенчанном горделивой птицей.
Ключи от всех замков в лавке Голда.
Я помню, что открывала изящно упакованную коробку без трепета, с любопытным интересом, не более того. Кажется, Лукас что-то пошутил на тему того, что там огромное обручальное кольцо, и он волнуется, так как я наверняка предпочту ему Румпельштильцхена, я весело ответила какой-то колкостью, а потом увидела их. Матово и бесстрастно поблескивая на красной бархатной подкладке, они означали именно то, что означали.
Что-то больно толкнуло меня изнутри, стиснув сердце неотвратимостью потери и, подняв голову, я увидела, что и в глазах Голда стоят слезы.
Тогда мы не поговорили. Вокруг гудел праздник, сверкали огни, шумели дети, раздавался дружный смех и низкий рокот разговоров, пахло пряностями и цукатами, клюквенным соусом, еловой хвоей, стеклянной пылью, и никто, кроме меня, не понял важности этого дара.
