- Да, надо жить свято, - серьезно и проникновенно, как близкому, сказал священник. - Но как это, Иван, не просто, как трудно! Здесь не только умом или научно надо понимать Евангелие, а всем своим нутром. А это недоступно человеку. Здесь нужна вера.
- Но какая вера? Во что вера, отец Григорий? - воскликнул Иван, весь подавшись в сторону священника. И, как бы сам себе отвечая, спросил: - А как же понимать слова Христа: "Пребудьте во Мне, и Я в вас"?
Лицо священника померкло. Он вздохнул и, нехотя, как бы отвечая урок, сказал:
- Пребыть во Христе и чтобы Он пребыл в нас - это значит быть таким, как Он Сам: чистым и святым. Но это недостижимо для людей...
- А как же тогда, отец Григорий? Значит, православные миряне, верующие в Бога, ходящие в церковь, молящиеся, исполняющие посты, говения и все, что от них требуется, не могут быть чистыми, как Иисус Христос? Не могут пребыть в Нем и Он в них? И вообще могут быть такие, если они истинно православные?
- Могут. Но, к сожалению, в нашем Ряснополье таких нет, - с горечью признал священник.
- А среди священников есть такие, которые достигли пребывания во Христе? - с усилием, боясь нанести боль этому доброму человеку, спросил Иван.
- Тоже, к сожалению, таковых очень немного. Здесь надо желать много-много лучшего.
- Но как же так можно? Ведь апостол Павел пишет: "Кто Духа Христова не имеет, тот и не Его". А как же тогда являться перед молящимися, как дерзать учить их исполнять заповеди Христовы?
- Есть у нас священнослужители, которые ведут себя достаточно хорошо и не являются соблазном для мирян. И даже почитаемы по доброте своей. Есть же и служители, которые недостойны этого звания.
- Но их тогда нужно просить оставить церковь; не должно так быть.
- Это не так просто. А кто заменит их? Да и снимает их только епископат, а там тоже по-разному выслушивают жалобы и отводы. - Подумав немного, священник продолжал: - Скажу тебе, что назрела необходимость освящения и обновления церкви Христовой, а может быть, даже и кое-какие изменения нужны. Далеко ушли мы от чистого евангельского учения. Но это я так, от себя уже говорю. Не все думают так. Но все же в воле Божьей.
Иван задумчиво посмотрел на красивое лицо священника и сказал:
- А пребывать во Христе, исполнять все Его заповеди, как их исполнял Сам Христос, надо. Надо всякому человеку, а тем паче священнику. Я, отец Григорий, не порочу церковь православную. Веру в Бога надо всеми силами, во всяком месте поддерживать и утверждать. Сколько пьяниц и блудников нашли в церкви пробуждение, а затем и утешение. Какой благодатью веет от благочестия и пения церковного хора, сколько душевных сил приносит чтение молитвы Господней "Отче наш". В церкви проповедуется Христос и научающий, и укоряющий, и прощающий, и висящий на древе. Проповедуется воскресение Христа и жизнь вечная. Но я не хожу в церковь уже долгое время. Меня не удовлетворяет одна литургия, одно пение, иконы и запах ладана. Моя душа просит, требует жизни по Евангелию, а это дело милосердия, это жизнь души, это не угождение плоти, а возвышение духа нашего. А у нас в церкви Евангелие читают на непонятном языке, дают целовать иконы, распятие, а зачем все это? Скажите, что вы лично об этом думаете?
- О литургии скажу тебе, Иван, она рассчитана на неграмотных людей. В ней изложены все страдания и воскресение Господа Иисуса Христа. Только разбираться надо, надо всю ее проследить, прочувствовать. Понять ее можно, поднявшись лишь душой. А у нас все это пропало, все попрано. Литургия служится только по большим праздникам, и то не в каждой церкви и не каждым священником. А так - покадил, вышел, вошел в алтарь - и Бог с вами. Да и люди все это делают лишь по обязанности. Вошел, поцеловал все, что пришлось, поклонился, положил в ящик рубль или копейку и побежал грешить дальше. Грешу словами, но это так...
- А нужно, я так считаю, отец Григорий, попеть, а поют в церкви очень трогательно и хорошо, а потом прочесть из Евангелия по-русски, чтоб все понятно было, а потом разъяснить хорошо, продуманно, задушевно. И так можно ведь делать, и некоторые делают так. И там люди ходят в церковь и любят ходить. Вот мне рассказывали в селе около Березовки. У них совершенное равнодушие к вере. В приходе села числится 1320 душ, из которых, по словам священника, к евангелистам отошло не более десяти человек. Между тем, в праздник покрова Богородицы у обедни было всего три лица из всего прихода. То же и в другом селе. В приходе села шестьсот восемьдесят четыре души, из них не бывает на исповеди пятьсот двадцать три души, кроме евангелистов. На мой вопрос, отчего так происходит, почему такое равнодушие, один из тайных евангелистов чистосердечно ответил: "От того, что попы стали всем чересчур уже нелюбы". Почему же все так происходит, отец Григорий?
