Как сказал Антоний Великий, не должно хвалиться, что ты изгоняешь бесов, ни превозноситься даром исцеления. Не стоит и восхищаться тем, кто изгоняет бесов, умаляя того, кто не может делать этого. Кто стремится получить пользу, пусть изучит подвиг и того, и другого и подражает ему со всей ревностью, не откладывая своего исправления. Ведь творить знамения — не наше дело, но Спасителя, Который говорил Своим ученикам:
Имена пишутся на небесах, чтобы засвидетельствовать добродетельную жизнь человека. А изгоняет бесов благодать, даруемая Спасителем. Поэтому кто похваляется не добродетелями, но совершенными знамениям и говорит:
Поэтому не стоит много думать и биться за это, но совершать подвиг так, чтобы угодить Богу добрым обращением, и молиться непрестанно, дабы Господь содействовал нашей победе над дьяволом.
2. Однажды святой Паламон вместе с учеником своим Пахомием совершал всенощное бдение. Монахи разожгли костер, и какой — то брат, пришедший из другого монастыря и у них остановившийся, встал и сказал Паламону:
— Если у кого из вас есть вера, пусть встанет на угли и в точности исполнит сказанное в Евангелии.
Старец, заметив его надменность, запретил ему и сказал:
— Прекрати безумствовать, брат, и никогда не говори так — ты заблуждаешься.
Но тот, помраченный гордыней, пошел прямо в огонь, даже не оглянувшись. По Божьей милости и по диавольскому действию он даже не обжегся. Но его безумие перешло все границы, по слову Писания:
Затем, все собрались разойтись по кельям, гордец презрительно спросил:
— Ну, и где же ваша вера?
Тут бес увидел, что брат глубоко погряз в своем заблуждении и легко ему подчиняется, и обернулся миловидной женщиной в светлом платье. Бес в женском обличье подошел к келье и постучался в дверь. Брат открыл, и она сказала ему:
— Меня преследуют заимодавцы. Я боюсь наказания, потому что мне нечем вернуть им долг. Прошу, спрячь меня у себя в келье. Бог послал меня к тебе, чтобы ты спас меня.
Ум у брата был настолько разгорячен, что он даже не сообразил, кто с ним говорит. Несчастный впустил мнимую женщину. А бес, поняв, что монах поддался злу, внушил ему похотливую страсть. Побежденный вожделением, бедняга не устоял и набросился на нее, но только понапрасну хватал руками воздух и затих на полу, безгласный, словно мертвец.
Через несколько дней, осознав свое безумие, он подошел к святому Паламону и со слезами на глазах сказал:
— Знаю, что сам стал причиной своей погибели. Ты много меня наставлял, отче, но я не слушался тебя. Прошу, не оставляй меня своими преподобными молитвами. Помоги мне в моем несчастии, а то бес меня совсем погубит.
Не успел он произнести эти слова, а сострадательный Паламон и Пахомий со слезами выслушать его, как нечистый овладел им. Брат выскочил из кельи и устремился в горы. Гонимый бесом, он прибежал в город Пан. Там диавол вскоре вверг его в горящую печь в бане, и он тут же сгорел.
3. Как — то в монастырь, находившийся под началом святого Пахомия, пришли подвижники — еретики — во власяницах подвижников, но внутри сущие волки. Встав у ворот, они сказали братьям, что посланы своим духовным отцом к святому, чтобы войти и сказать ему, что если он поистине человек Божий, то он должен без сомнений слушаться Бога. Можно вместе не омочив стоп, перейти реку, чтобы узнать, кто (поистине) обрел большее дерзновение перед Богом.
Когда братья сообщили об этом Пахомию, он рассердился и сказал им:
— Да как вы, скажите на милость, вообще могли слушать такие речи? Неужели вам неведомо, что это вражда с Богом. Они чужды, не говоря уже о нашем образе жизни, даже благоразумным мирянам, вообще любым настоящим христианам! Какой закон повелевает нам такое предлагать и такое совершать! Что может быть печальнее такого безрассудного невежества! Оставить плач о своих грехах, думу о том, как избежать вечного мучения, и, рассуждая как дитя, принять такое предложение.
Братья сказали:
— Но они же еретики и чужды Богу и потому дерзнули призвать тебя к таким высотам.
