«Надо будет потом узнать у кого-нибудь, почему нельзя сначала положить тело, а уже потом поджигать костер».
Рядом с магом возник кто-то из гномов. Сунул в руки растерянного Ретара деревянный стакан и ушел дальше. Маг посмотрел по сторонам: стоящие вокруг костра гномы, как и он, держали в руках стаканы, не отрывая взгляд от взошедшей на помост четверки.
Ретар поднес стакан к носу, понюхал. Внутри было какое-то крепкое пойло. Маг опустил руку, но выливать жидкость на землю не стал.
Носильщики тем временем дошли до края помоста, закинули тело Каллина вместе с носилками на кучу сложенных дров и заторопились назад. Тогда Раллин вышел вперед и молча выплеснул содержимое стакана на поленья. Разгорающийся внизу огонь мгновенно охватил это место. Следом другие гномы, подходя к костру, повторили его действия, и через несколько мгновений разбушевавшийся огонь добрался до верха, скрыв за собой и носилки и тело.
Освободив свой стакан, Ретар вернулся на место, прислушался. Ему опять показалось, что со стороны гор он слышит едва уловимые звуки движения. Маг торопливо осмотрелся. Люди стояли спиной к нему на отведенных капитаном позициях, держа в руках зажженные факелы. Гномы были поглощены похоронным обрядом. Рядом с ними появился один из коротышек, торопливо обходящий своих соплеменников. Из объемного меха, который он держал в руках, в опустевшие стаканы полилась жидкость, и гномы один за другим отправляли ее себе в глотки.
Чтобы никого не обидеть, Ретар обошел гномов и направился в сторону, в надежде найти себе оружие. Краем глаза он заметил, как гном с мехом пошел на второй круг.
«Да они же все тут сейчас напьются! – пронеслась шальная мысль. – Десять солдат не смогут оборонять крепость!»
Наконец он нашел то, что искал. Маг схватил один из заготовленных факелов и подошел к стене, возле которой стоял солдат. Зажженный от его огня факел ожил, дохнул в лицо магу ласковым теплом.
Наймит подошел к стене вплотную, пытаясь разглядеть, что происходит по ту сторону, в темноте. Выставил вперед руку и… отшатнулся назад.
Огонь отразился блеском множества круглых глаз, распределенных попарно на значительном расстоянии вдоль крепостной стены. До ближайшего укрытого мраком безлунной ночи зверя была всего пара десятков метров.
Вероятно, капитан был прав и привыкшие к темноте обитатели подземелий Дварголина боятся яркого света. Сидят вокруг крепости и ждут, когда станет чуть потемнее.
Нужно найти оружие, пока не стало слишком поздно. Огонь может погаснуть, и тогда лавина чудовищ за стеной хлынет сюда. Их не остановят десяток людей и толпа захмелевших коротышек. Им не удержать натиск столь многочисленной звериной ярости.
Межвременье, разбери его бездна! Если бы знать, сколько часов осталось до рассвета!
Маг отошел от стены и направился в сторону сложенных в углу остатков заготовленных гномами дров. Хватит ли этого до утра?
Ретар прислушался. Ему показалось, что в подсвечиваемой огнем погребального костра тишине рядом с ним раздались негромкие слова песни. Пели нерешительно, словно боялись не найти отклика у сородичей. Судя по повторяющейся мелодии, коротышка заканчивал уже второй куплет. Но вот неожиданно песню подхватил еще один голос, более твердый, и слова сразу стали слышны:
– … чертога своего,
Но мы огнем себе вернем его.
Двое стоящих рядом гномов присоединились, и песня началась снова:
– Наш мир во тьме на долгие года,
Во тьме и ты, закрыв свои глаза,
Ты не застал рассвет народа своего,
И мы огнем тебе даем его.
Ты не застанешь день, когда ряды
В один удар сомкнут стеной щиты…
С противоположного конца круга услышали пение и подхватили сразу в несколько голосов:
– Ты не отбил мечом чертога своего,
Но мы огнем себе вернем его.
Ретар торопливо заозирался. Вместе с все увеличивающимся числом участников этого хора стало заметно и возрастающее волнение солдат. Маг бросился к стене, выставил вперед факел. Твари приближались. Десятки десятков пар светящихся глаз медленно двигались вперед. То здесь, то там из темноты проглядывали двигающиеся на полусогнутых лапах, припадающие к земле тени с уродливыми мордами.
– Наш мир во тьме на долгие года,
Во тьме и ты, закрыв свои глаза,
Ты не застал рассвет народа своего,
И мы огнем тебе даем его.
Хор голосов уже гремел. От первоначальной скорби не осталось и следа. Теперь единственным тоном, который сопровождал слова песни, была яростная решимость.
– Ты не застанешь день, когда ряды
В один удар сомкнут стеной щиты.
Ты не отбил мечом чертога своего,
Но мы огнем себе вернем его!
– Оружие к бою! – возле мага пробежал капитан. – Оружие к бою!
По периметру стены раздался разрозненный лязг железа.