После чего резко схватил их одежду, прижался к двери в душевую и принялся раздеваться уже там.
– Эм. Генри, на самом деле утвердили байкеров… – Откашлялась Агнес. – А если ты продолжишь приближаться, размахивая вот этим в воздухе – дойдет и до мальчика-извращенца, – с угрозой добавила она.
После чего резко повернулась из-за загудевшего по полу стульчика, которым Марла подпирала дверь.
– Шеф, а мне первая легенда больше нравится! – Откинув прядь волос, бодро призналась она.
«Воздействие: паралич. Имитировать/Отклонить?»
«Отклонить».
– И кто же трогал мою банку?.. – глубоким, пробирающим тоном произнес я, приблизившись к шефу совсем близко. – И всю ее пролил на себя? – Попробовал я ее шею языком.
– Кто же это был? – Мягко вторила мне Марла, прижавшись к брюнетке сзади и не дав отшатнуться.
– Две недели на хлебе и воде! – Хриплым голосом отозвалась шеф.
– Да хоть три, – мурлыкнула блондинка, забирая свою часть ананасового сока с шеи.
Словом, боевое слаживание резервной легенды провели успешно.
– А может, хрен с ними, с байкерами? – Задумчиво произнесла Агнес сильно позже, лежа между нами на брошенных на пол матрасах.
– Марла, там ананасы еще остались?
– Еще банка.
– Тащи сюда, идею заесть надо.
Страшная суета началась, когда я рассказал о пожелании письменного доклада и «мыслях» Бернарды удержать нас как-то в городе.
– Не мог раньше сказать?! – Подпрыгивала Агнес на одной ноге, второй пытаясь влезть в чулки.
– Ты хоть понимаешь, что за сутки они доберутся до автостанции и могут все узнать? – Проигнорировав белье, накинула Марла робу на чуть влажное после душевой тело.
Ну нет, угроза так себе – оба водителя будут молчать о происшествии в пути. Они сами отвалили немало, только бы информация не ушла выше. Не в их интересах.
Да и отчета, как такового, я не боялся – он все равно будет коллективным творчеством монахинь. Писать его тоже пришлось бы не мне – почерк у меня мужской.
– А ты тут со своими ананасами!
Да-да, я во всем виноват, а не их задумка разместить ананасы кое на какой части моего тела и с гоготом скрыться в душевой… Но ничего, зло, таящееся под монашеским обличием, было разоблачено, повержено на пол и… Короче, помирились мы со злом.
– Ты одеваться-то собираешься?!
Как будто в тесном номере нашлось бы место для меня – итак пришлось вернуть матрасы на место и лечь на нижний ярус, чтобы не затоптали. Я промолчал, наблюдая за торопливым облачением со стороны.
Что мы там потеряли? Час времени? Да ерунда в глобальном масштабе. Даже если задержат, я не против отоспаться сутки. Но Агнес, рванувшая в свой номер, стоило привести внешний вид в более-менее норму, придерживалась иной точки зрения.
С начальством, пусть и временным, не спорят – так что спокойно оделся, пока Марла нервно расхаживала по комнате, перекидывая наши сумки поближе ко входу.
– Лучше надень исподнее, – посоветовал я, глядя, как очерчиваются иные ее формы под мешковатой робой. – А то остановят нас за ненадлежащий вид, а тебя на сутки в здешнюю тюрьму.
Та, чуть помедлив, последовала совету.
– Да вы совсем совесть потеряли! – Ввалилась внутрь Агнес на середине процесса, пыхтя под тяжестью груза на плечах.
К слову, в трех сумках – ее личной и двумя с недельным запасом провизии – было килограмм под сорок. Я носил, я знаю. Все-таки что-то делает с нами возвышение помимо талантов – да, ей тяжело, но все равно тягает…
– Перепутали робы, пришлось меняться, – подобрал я свои сумки и забрал у брюнетки пару самых тяжелых.
Марла покивала, завершая приводить себя в порядок.
– Ладно, не до этого, – поджала губы шеф. – Поднимаемся на крышу, уходить будем оттуда.
Пожав плечами, затопал за ней следом – по коридору, затем по лестнице вверх. Позади почти бесшумно следовала Марла со своей поклажей. Пока путь не уперся в железную дверь с засовом и массивным замком поверх.
Узкую лестничную площадку перед выходом на чердак освещал прямоугольник света из крошечного мутного окошка сбоку под потолком.
Агнес деловито юркнула рукой в потайной кармашек робы, примерила взятый оттуда ключ к замку. Ключ не подходил.
– Не может быть, я же вчера проверяла, – словно оправдываясь, шепнула она, вновь пытаясь провернуть личинку замка.
Повернула его к себе, посветила зажигалкой. Вновь попробовала открыть.
– Дай я, – предложил дружелюбно.
– Какая разница, ключ тот же самый! А я и в ту, и в другую сторону крутила! – Раздраженно зашипела Агнес.
– Марла, есть шпилька? Заколка, невидимка, что-нибудь тонкое и железное? – Уточнил я у блондинки.
Понятное дело, нашлось – укладывать волосы под велон, то еще нелегкое дело.
– Дай пройти, – потеснил я тихо ругающуюся брюнетку, клянящую на чем свет стоял каких-то «предателей» и безнадежно присматривающуюся к, даже на вид, слишком тесному окошку.
– На, пробуй! – Попытались вручить мне ключ, который я проигнорировал.
Тонкая заколка сработала куда лучше – заведенная со стороны дужки, она нажала на внутренний механизм замка, и тот приятно щелкнул в полумраке.
Спрашивается, на что надо было тратить так много стали…
– Благодарю, – вернул я заколку в прежний вид и передал Марле.
