Новый правящий класс в правительственное распоряжении о «чистке» по признаку происхождения внес клаузулу, что студенты, представители «нацменьшинств», чистке не подлежат, ибо они были угнетаемы и преследуемы при старом режиме. Это и было применено ко всем студентам-евреям.
Конечно, все, изложенное выше, не осталось незамеченным населением страны и, как результат, появились антиеврейские настроения там, где их раньше не было и где их можно было меньше всего предполагать: в среде рабочих, среди молодежи – студенческой и комсомола – даже среди членов коммунистической партии и новой бюрократии не-еврейского происхождения.
Это вовсе не был «антисемитизм» или юдофобия в старом понимании этого слова, т. е. вражда и ненависть по признаку расы и религии. – Это было чувство неприязни и отталкивания к привилегированному классу, который отождествлялся с еврейством. Несомненно, играло известную роль, особенно в культурной части населения, и оскорбленное национальное чувство русского народа от имени которого был подписан «похабный» и позорный Брест-Литовский мир с немцами – подписан четырьмя евреями, с легкостью пошедших на этот мир.
Во второй половине 20-х годов, когда «подъем волны антисемитизма» стал особенно заметен, печать забила тревогу. Начали появляться статьи о недостаточно энергичной борьбе с этим явлением, о появлении в рабочей среде «опасных рецидивов национализма».
В начале мая 1928 года агитпропколлегия ЦК ВКП обсудила вопрос о мероприятиях по борьбе с антисемитизмом и наметила следующие предложения:
1) Включить в программу партпросвещения вопрос о борьбе с антисемитизмом;
2) Необходимо шире и систематически разоблачать классовую подоплеку антисемитизма, используя для этой цели художественную литературу, театр, кино, радио и ежедневную прессу;
3) Партия должна создать атмосферу общественного презрения к антисемитизму.
Кроме этих положений общего характера специальная комиссия агитпропколлегии выработала также ряд конкретных предложений, подлежащих утверждению ЦК ВКП;
1) Создание специально подготовленного персонала для борьбы с антисемитизмом;
2) Включение темы о борьбе с антисемитизмом в школьные учебники, фильмы, периодическую печать и литературу;
3) Организация публичных прений и докладов об антисемитизме.
Но, несмотря на все эти постановления и рекомендации, по словам исследователя этого вопроса Соломона Шварца, «для действительной борьбы с антисемитизмом компартия не находила в себе достаточной решимости». О причинах этой «недостаточной решимости» другой исследователь и автор трудов об антисемитизме Лурье-Ларин пишет следующее: «Ложный стыд выпячивать еврейский вопрос (чтобы этим не развить антисемитизм еще больше) приводит фактически к смазыванию борьбы с буржуазным контрреволюционным вредительством на этом участке идеологического фронта».
Проявлений же антиеврейских настроений (называемых С. Шварцем «антисемитизмом»), а также публичных прении по этому вопросу в то время было немало на всей территории Советского Союза. Много антиеврейских выступлений и высказываний на публичных собраниях приводит в своей книге «Антисемитизм в Советском Союзе» Соломон Шварц.
Не имея возможности привести все, написанное по этому вопросу г. Шварцем полностью, приводим эти данные со значительными сокращениями. Вот несколько случаев проявления настроении населения: 1) «Из разных частей страны приходят сообщения, что среди студентов советских учебных заведений стало обычным, говоря о евреях, употреблять слово „жид“.
2) «В Харькове даже студенты-коммунисты заражены антисемитизмом и часто спрашивают, почему для евреев не вводится в высших учебных заведениях процентная норма».
3) «Собрание студентов-коммунистов в Киеве потребовало введения процентной нормы для евреев при приеме в Университет, Требования это предварительно обсуждалось в заседании бюро Комсомола». Все приведенные выше сообщения относятся к 1928 и 1929 году, т. е. к тому времени, когда студенчество было сплошь пролетарского происхождения – сыновья рабочих и крестьян, что заслуживает особого внимания. Ведь это настроения тех, кто впоследствии занимали разные должности в администрации и в культурной и хозяйственной жизни страны.
Сходные студенческим были и настроения в рабочей среде. Так, например:
1) В Ленинграде на заводе «Лит» антисемиты, под руководством мастера-инструктора начали с криков по адресу рабочих-евреев: «жиды!»… Потом на стенах уборной был вычерчен лозунг: «Бей жидов, спасай Россию!»… Потом, вдохновившись безнаказанностью, избили кирпичами т. Меллера, потом т. Елашевича и ряд других евреев.
2) Другой случай, тоже ленинградский: на заводе им, Марти член бюро коллектива этого завода пригрозил комсомольцу-еврею, выступавшему против него на собрании: «Если ты, жидовская морда, посмеешь еще хоть раз выступить, я с тобой разделаюсь»…
