Времена изменились, и петербургский «Рассвет» изначально занял недвусмысленную, если так можно выразиться, еврейско-патриотическую позицию. Журнал призывал к тесной связи интеллигенции с еврейскими массами, к развитию еврейской культуры и литературы, изучению еврейской истории, духовного и социального положения российского еврейства, одновременно усматривая решение «еврейского вопроса» в России в переходе значительной части евреев к сельскохозяйственному труду. Это была общая болезнь российской интеллигенции, независимо от этнического происхождения: стремление видеть решение социальных вопросов в том, чтобы соскочить с поезда современности. «Рассвет» положительно относился к идее переселения евреев в Эрец-Исраэль (Землю Израиля), находившуюся в то время в составе Османской империи. О том, как резко изменилась позиция «Рассвета», и о «гражданской войне» петербургских еврейских журналов поговорим несколько позже, чтобы не забегать вперед.
Петербург с конца 1850-х – начала 1860-х годов становится и центром еврейской «политики» – штадланут. Штадланами (ходатаями) по еврейским делам выступали прежде всего представители клана баронов (баронский титул был им дарован герцогом Гессен-Дармштадтским) Гинцбургов, сначала основатель династии Евзель, затем его сын Гораций. Клану Гинцбургов и его роли в российской экономике и еврейской политике посвящена специальная глава в этой книге.
Правительство считало, что обучение евреев в общих школах и высших учебных заведениях следует поощрять. С 1863 года для поощрения учащихся-евреев было решено выделять ежегодно стипендии на сумму 24 тысячи рублей – впрочем, за счет самих же евреев, из сумм свечного сбора. После утверждения в 1864 году нового устава гимназий и прогимназий, в котором говорилось, что в них могут обучаться «дети всех сословий без различия вероисповедания», число евреев – учащихся гимназий стало стремительно расти. В 1865 году их было 990 (3,3% всех учащихся), в 1870-м – 2045 (5,6%), в 1880-м – 7004 (12%); понятно, что по отдельным учебным округам, прежде всего Виленскому и Одесскому, это соотношение было выше. В 1865 году во всех русских университетах обучались 129 евреев (3,2% всех студентов), в 1881-м – 783 (8,8%). Столь значительный рост числа евреев-учащихся побудил правительство отказаться в 1875 году от предоставления им поощрительных стипендий.
Российское правительство, несомненно, было заинтересовано в развитии промышленности и торговли, однако время от времени предпринимало попытки ограничить роль иностранцев и инородцев в экономике страны. Принятые в середине 1860-х годов законы, с одной стороны, поощряли российских подданных независимо от их социального статуса («состояния») заниматься торговой или промышленной деятельностью, с другой – запрещали еврейским купцам, за некоторыми исключениями, записываться в гильдии за пределами Черты оседлости.
Дуализм правительственной политики наглядно проявился в законодательстве об акционерных обществах. В 1870–1880-х годах издается ряд законов, имевших целью «ограждение землевладения в определенных местностях и некоторых отраслей промышленности от вторжения нежелательных элементов». В число нежелательных элементов входили иностранные подданные, поляки и лица иудейского вероисповедания. Евреям и полякам еще в середине 1860-х годов было запрещено приобретать землю в некоторых губерниях (евреям – в Виленском и Киевском генерал-губернаторствах); в 1872 году, чтобы не допустить обхода этих законов, сахаропромышленным товариществам было запрещено увеличивать количество находившейся в их собственности в Юго-Западном крае земли свыше 200 десятин (десятина = 1,0925 гектара). Если компании все же получали право на приобретение дополнительных участков земли, их акции обязаны были быть именными, причем акционерами не могли быть «нежелательные элементы».
Закон 22 мая 1880 года запрещал евреям приобретать или арендовать недвижимость в Области Войска Донского. Что было по-своему логично, ибо, согласно этому же закону, евреям было запрещено жить на землях, исключаемых из пределов Черты оседлости и передаваемых под юрисдикцию Войска. По закону 3 мая 1882 года евреям запрещалось приобретать в собственность и арендовать недвижимое имущество за пределами городских поселений, а также управлять им. По-видимому, запрет обходили, ибо с мая 1892 года по требованию властей в уставы компаний, владевших или пользовавшихся землей в сельской местности в Черте оседлости, стало вводиться положение о запрете лицам иудейского вероисповедания управлять или заведовать этими землями. Приведенные дискриминационные законы были далеко не единственными.
