Эта партия в основе своей патриотична, а потому при нашем космополитизме симпатична. Но она патриотична стихийно, она зиждется не на разуме и благородстве, а на страстях. Большинство ее вожаков политические проходимцы, люди грязные по мыслям и чувствам, не имеют ни одной жизнеспособной и честной политической идеи и все свои усилия направляют на разжигание самых низких страстей дикой, темной толпы. Партия эта, находясь под крылами двуглавого орла, может произвести ужасные погромы и потрясения, но ничего кроме отрицательного создать не может. Она представляет собою дикий, нигилистический патриотизм, питаемый ложью, клеветою и обманом, и есть партия дикого и трусливого отчаяния, но не содержит в себе мужественного и прозорливого созидания. Она состоит из темной, дикой массы, вожаков – политических негодяев, тайных соучастников из придворных и различных, преимущественно титулованных дворян, все благополучие которых связано с бесправием и лозунг которых «не мы для народа, а народ для нашего чрева»… Это – дегенераты дворянства, взлелеянные подачками (хотя и миллионными) от царских столов.
И бедный государь мечтает, опираясь на эту партию, восстановить величие России. Бедный государь…
Пишу эти строки, предвидя все последствия безобразнейшей телеграммы императора проходимцу Дубровину, председателю Союза русского народа. Телеграмма эта в связи с манифестом о роспуске второй Думы показывает все убожество политической мысли и болезненность души самодержавного императора!
Черносотенцы организовали в ряде городов боевые дружины, целью которых была борьба с революционерами. В 1906–1907 годах боевые дружины были сформированы в Архангельске, Астрахани, Вологде, Гомеле, Екатеринославе, Киеве, Кишиневе, Москве, Одессе, Тифлисе и Ярославле. В Петербурге общегородской дружиной руководил кандидат в члены Главного совета СРН Николай Юскевич-Красовский. Кроме того, дружины были созданы в Нарвском и Путиловском районах. Черносотенцы без всяких проблем получали разрешение на ношение оружия. Револьверы, как правило, закупались и распределялись по дружинам централизованно. Очевидно, пускались в ход и ножи: председатель Гомельского отдела СРН Аким Давыдов (активный участник еврейских погромов в Гомеле в 1903 и 1906 годах) «умолял» Дубровина прислать 35 револьверов и 100 финских ножей.
Однако большую часть вооружения черносотенцы получили от властей: петербургская полиция выдала черносотенцам 100 револьверов, а тульский вице-губернатор Алексей Хвостов расщедрился на 600 наганов. Большинство дружинников были из рабочих, однако встречались студенты, гимназисты, ремесленники, мелкие торговцы. Как обычно, такого рода формирования притягивали разного рода любителей приключений и откровенно уголовные элементы. Боевики нападали на участников антиправительственных митингов и демонстраций, на собрания членов социалистических партий; избивали, а иногда убивали их. Ответ был соответствующим: боевые дружины эсеров, социал-демократов и анархистов нападали на черносотенцев, иногда бросали бомбы в трактиры или чайные, в которых те собирались.
