— Ты талантливый человек, Алекс. Теперь и я стала в финансах что-то соображать. Сейчас обеденное время и все спустятся в столовую. Но я бы хотела отметить это событие чем-нибудь запоминающимся и приглашаю тебя в ресторан. Прямо сейчас. Ты знаешь, где припаркована моя машина?
— Да, — неуверенно ответил Санька.
— Захвати свои вещи и спускайся.
— Хорошо.
Он вернулся к рабочему столу и набрал домашний номер.
— Вика, всё в порядке.
— Я люблю тебя, Саня.
— А я тебя. Пока.
Он сразу увидел её в большом сером «Бьюике», открыл дверь и сел возле неё. Она кивнула ему и уверенно выехала на улицу. Очень скоро она остановилась у тротуара и вышла из машины.
— Я давно облюбовала этот ресторан. Он очень уютный и здесь отличная кухня, — сказала она, когда Санька поравнялся с ней.
Они вошли в прохладное помещение, и встретивший их метрдотель проводил их к свободному столу в глубине помещения. Кожаные диваны и мягкие стулья с высокими спинками, дубовые столы, изысканные бра на стенах и лампы на потолке — всё говорило о высоком статусе ресторана.
— Благодарю, Вилли, это моё любимое место.
— Всегда к твоим услугам, мисс Грин, — учтиво ответил метрдотель. — Будьте добры, ознакомьтесь с нашими предложениями.
Он положил на массивную столешницу два кожаных переплёта. Санька открыл меню, полистал и закрыл.
— Эвелин, я тебе очень признателен, но для меня эти цены слишком высоки.
Она непринуждённо засмеялась, глядя на его курьёзную гримасу.
— Алекс, в нашей компании, как везде в западном мире, существует особый представительский фонд. Закажи себе что хочешь. Компания заплатит. Кстати, мы находимся в ресторане французской кухни — самой изысканной в мире. Всё, что здесь готовят — классика кулинарного искусства. Цены высокие, но она того стоит.
Теперь уже улыбнулся Санька и опять открыл увесистый переплёт. Он выбрал луковый суп, пирог киш, касуле и салат нисуаз. «Кутить, так кутить», — усмехнулся он про себя. Он раньше что-то слышал о луковом супе, остальные блюда из многих других просто попались под руку.
— Попал в самую точку, — подбодрила его Эвелин. — Надеюсь, тебе понравится. Я предлагаю взять ещё «Божоле Нуво». Обожаю французские вина. Там виноделы производят несколько миллиардов бутылок в год. И половину французы выпивают сами. Ни одно застолье не обходится без вина. Воды практически не пьют.
Подошёл официант и принял заказ.
— Ты была во Франции?
— Когда училась в университете, меня послали в Сорбонну по обмену. Как можно было не воспользоваться случаем поездить по стране. Моя подруга Натали, дочь предпринимателя, возила меня в Бретань. Там у её родителей роскошная вилла. Конечно, были в Бордо, Лионе, Монте-Карло, Ницце, прокатились по всему Провансу. Мне Франция очень нравится.
Он слушал её, красивую женщину, дочь управляющего крупной инвестиционной компанией, и пытался понять, почему она, богатая и успешная леди, пригласила его, бедного эмигранта-еврея, в дорогой ресторан, по карману только публике их высшего света. Она закончила свои воспоминания и пронзительно взглянула на него, будто читая его мысли. Чтобы прервать неловкое молчание, Санька спросил:
— А ты знаешь, как там появились бистро?
— Расскажи.
— Заканчивалась война с Наполеоном. Париж в 1814 году оккупировала русская армия. Казаки заходили в рестораны и требовали, чтобы их обслуживали «быстро». Отсюда, говорят, и пошло название. Но я не уверен, что эта популярная версия достоверна.
— Забавно, — засмеялась Эвелин, овладевая собой. — Россия для меня сфинкс, которого я не могу понять.
— Для меня тоже, хоть родился там и прожил столько лет.
— При изобилии природных ресурсов и умных образованных людей, она должна быть богатейшей страной мира.
— По-моему, виновен коммунизм, возникший на Западе, но к несчастью, нашедший там своих последователей. Этот общественный строй уничтожил страну, у которой в начале века были все шансы стать великой.
— Ты большая умница, Алекс. И совершенно этим не гордишься. Русские не такие снобы, как американцы. Мне очень интересно с тобой.
— Мне с тобой тоже, Эвелин. Всё же мне не понятно, зачем я тебе нужен.
— А что может связывать здоровых молодых мужчину и женщину? — ответила она вопросом на вопрос. — Ты мне очень нравишься, Алекс. С первой нашей встречи у меня в кабинете. Я тогда влюбилась в тебя, как кошка. Неужели ты не обратил внимания, как я искала встречи, как говорила с тобой, как смотрела на тебя?
— Эвелин, ты прекрасная женщина. Я к тебе очень хорошо отношусь, но я женат. Я люблю свою жену.
— Я не намерена разводить тебя с женой. Это не помешает мне тебя любить. Какой-то философ, кажется Ларошфуко, сказал, что для любви достаточно, чтобы один любил, а другой позволял себя любить. Я не тороплю тебя. Я хочу, чтобы ты понял меня, мои искренние чувства, и принял решение.
Официант умело открыл бутылку и налил вино в хрустальные бокалы.
— Я хочу выпить за хорошее начало и твои блестящие успехи в будущем, Алекс.
— Благодарю тебя, Эвелин. Они были бы невозможны, если бы не здоровая деловая атмосфера в компании. Ты, как психолог, я уверен, способствовала этому.
