— С удовольствием. Люблю Брамса. У тебя он есть?
— А как же.
Она нашла компакт-диск и комнату заполнила чарующая мелодия.
— Прекрасная запись, Эвелин. Тебе не помочь?
— Я справлюсь.
Она поцеловала его и ушла в кухню. Вскоре на журнальном столике в салоне уже стояли тарелки с куриным паштетом, копчёным лососем, красной икрой, салатом из свежих овощей и грибов, посыпанным натёртым пармезаном.
— Какая прелесть! В Советском Союзе говорили, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок.
— О, прекрасно! — засмеялась она. — Теперь я знаю, как тебя завоевать.
Они набросились на еду с таким же вожделеньем, с каким ещё недавно занимались любовью.
— Как ты успела так быстро всё приготовить?
— Я не волшебница. Вчера после работы зашла в супер. А дальше, как говорится, дело техники.
Часам к четырём, насытившись едой и друг другом, они вышли из квартиры. Эвелин отвезла его к станции метро, и они попрощались. Санька на эскалаторе спустился к поездам и только тогда попытался освободиться от наваждения, в котором пребывал с той минуты, как познал её.
Увидев Вику, он вновь ощутил неловкость и, подойдя к ней, поцеловал.
— От тебя какой-то странный запах, Саня.
— По-моему, ничего странного нет. На работе сотрудники, в поезде полно людей.
— Ладно. Ты что-нибудь поешь?
— Через часок. Если хочешь, вместе поужинаем.
Санька заглянул в комнату дочки, игравшей с куклами на ковре, затем пошёл в спальню, разделся, набросил махровый халат и направился в ванную. После душа он взял газету, стараясь с помощью чтения избавиться от мыслей об Эвелин, и нежданно погрузился в сон. Проснулся, почувствовав руку жены, легко трясущую его за плечо.
— Что с тобой?
— Устал немного. Сегодня был трудный день.
Они сели за маленький кухонный стол. Разговор не клеился. Он поинтересовался, как протекает беременность, спросил о курсах английского языка и всё ли в порядке в детском саду. Потом предложил Вике пройтись, но она предпочла остаться и приготовиться к завтрашнему уроку.
— Возьми Женю на прогулку, — сказала она, моя посуду.
Дочка с радостью согласилась. Вечер уже опустился на Брайтон-Бич и на променаде зажглись фонари. Ветерок с океана освежал его лицо, охлаждал голову, в которой ещё вздымались всполохи воспоминаний о прекрасном теле Эвелин.
Разработка системы продвигалась. Возникали трудности в методах расчётов, и тогда Саньке приходилось обращаться к университетскому курсу «Вычислительная математика». Объёмистый фолиант он принёс из дома и теперь в отделе он стал его настольной книгой. Раз в неделю он встречался с Леонардом Гольдштейном и вновь восхищался его блестящим умом.
Эвелин звонила ему каждый день. Она уже не спрашивала о работе, не скрывала за вопросами, как это было в первое время, свой женский интерес. Все карты были открыты между ними, но она умело и тактично лавировала, не давая никому малейшего повода подозревать её в романе с сотрудником компании. Санька всё больше погружался в омут её любви, и влюблённость в неё уже была очевидна и желанна ему. Разумная осторожность, которую проявляла она, позволяла им иногда встречаться в конце рабочего дня. Тогда он задерживался, чтобы дописать инструкцию для программистов. И когда в отделе не оставалось никого, он поднимался к ней. Они сразу же забывали о сдержанности, которую хранили несколько дней, и после поцелуев и объятий опускались на ковёр или мягкие кожаные кресла и предавались безумной страсти. Раз в неделю удавалось в обеденный перерыв уезжать в Гринвич-Виллидж, где они могли снять напряжение, в котором пребывали на работе, и она кричала во время неудержимого оргазма. Трудней всего было ему, когда он возвращался домой. Вика своим женским чутьём чувствовала всё возрастающее отчуждение. Санька объяснял его усталостью, а она откладывала разговор на то время, когда закончится испытательный срок и он, даст бог, станет постоянным сотрудником компании. Она не желала и волнений, с которыми связаны семейные ссоры. На шестом месяце беременности следует сохранять душевное спокойствие и крепить здоровье. Он понимал своё двойственное положение и связанные с ним опасности, но не видел возможности отменить принятое им решение. И, что греха таить, эта женщина привязывала его, молодого жаждущего любви мужчину, к себе крепкими узами чувств. Эвелин хотелось большего. Однажды она попросила, чтобы он остался у неё на ночь.
— Но я женатый человек. Каждый вечер я должен возвращаться домой, погулять с дочерью перед сном, поговорить с беременной женой.
— Милый, но ты же сотрудник компании. Скажи, что должен уехать на два дня в командировку, например в Бостон. На самом деле, останешься в Нью-Йорке со мной. Разве ты этого не хочешь?
— Конечно, хочу, просто не предполагал, что это так просто.
Вечером он сказал Вике, что его посылают в Бостон и послезавтра он будет уже дома. Она недоверчиво посмотрела на него, а потом попросила, чтобы он звонил.
— Обязательно позвоню, дорогая. Телефоны везде есть. Возьму с собой только халат и нижнее бельё.
— Как идёт твой проект?
— Есть проблемы. Поэтому должен ехать.
