Илюша продиктовал ему название улицы, номер дома и квартиры и простился. Было около часу дня. Он прикинул, что успеет ещё забежать в банк и получить распечатку счёта. Но разыгрался аппетит. Он пересёк улицу, свернул направо и по мощёному серыми плитками переулку, застроенному ещё в конце прошлого века, пошёл наугад, с любопытством рассматривая кафе и ресторанчики, чередовавшиеся по левую руку от него. Наконец он решился и зашёл в последний из них. Он назывался необычно, «Море дельфинов». Посетителей было немного, и он сразу же сел за небольшой квадратный стол у стены. Девушка в хорошо сидящем на ней брючном костюмчике подошла и, улыбнувшись, положила перед ним брошюру в кожаном переплёте. Он открыл меню и сразу обратил внимание на весьма высокие цены. Это не смутило его. За последний год калейдоскоп многочисленных европейских и американских ресторанов привил ему вкус к добротной пище и убеждение, что профессиональный успех и мировая известность сделала её доступной ему. Он заказал креветки, мидии и амнон, так называлась рыба Святого Петра, которую тот, согласно Новому Завету, ловил в Галилейском море. На столе появилась деревянная доска с ещё тёплым испечённым только что хлебом и множество салатов в белых керамических блюдцах. Через некоторое время принесли амнон и морепродукты. Он с аппетитом поел, поблагодарил и попросил счёт. Расплатившись, вышел из ресторана и направился к банку Апоалим, который находился недалеко, в большом здании, возвышавшемся над площадью Сион.
Когда Елизавета Осиповна вернулась домой, настройщик завершил свою работу, а Илюша наигрывал, пробегая руками по клавиатуре. Она не узнала свой инструмент — звуки были удивительно чисты и совершенны.
— Какая прелесть! Вот что значит абсолютный слух.
— Иосиф, — представился незнакомец.
Это был пожилой худощавый мужчина. Рукава клетчатой фланелевой рубашки закатаны выше локтя, синие шерстяные брюки немного помяты. Контрастом тому добротная кожаная обувь, часто отличающая истинно интеллигентного человека.
— Лиза, — ответила она. — Мы в стране почти год, но так и не собрались после разгрузки багажа настроить пианино.
— Кстати, оно очень хорошее. Удачный экземпляр. Вам повезло.
— Мой сын пианист. У него скоро гастроли в Южной Америке, а над программой ещё нужно поработать.
— Теперь в его распоряжении фортепиано. Не «Стейнвей», конечно, но звучит красиво. Рад был познакомиться с вами. Если возникнут проблемы, позовите.
— Спасибо, Иосиф, — сказал подошедший Илюша, пожимая ему руку.
— Вы знаете, Лиза, Ваш сын очень щедрый человек.
— Профессиональный труд должен хорошо оплачиваться. Мама, поговори с родителями учеников. Наверняка большинство инструментов расстроены.
— Я постараюсь.
— До свидания. Мне пора возвращаться домой. Жена приболела.
Он накинул потёртую куртку из серой искусственной ткани и, молча поклонившись, закрыл за собой дверь. Илюша помог матери снять полупальто и повесил его на плечики.
— Что сказал адвокат?
— Он возьмётся. Мы с Мирой уже отдали нотариусу свидетельство о браке. Через пару дней, когда перевод будет готов, назначит новую встречу. Аркадий хочет подать в суд все дела в одном переплёте. Есть надежда, что у него получится. Главное, у нас обоюдное согласие.
— Жаль. Мира славная женщина. Она просто не вынесла разлуку.
— Мама, мы все ещё будем счастливы. Только надо набраться терпения.
Тебе не помешает, если я поиграю, пока папа не пришёл?
— Конечно, нет. Я с удовольствием послушаю. От моих учеников одна головная боль и никакой музыки. Ты не голоден?
— Я в городе чудесно поел.
Она поцеловала сына и ушла в спальню. Илюша вернулся к пианино, сел на круглый стульчик и начал играть. Соната Бетховена наполнила гостиную мощным звучанием.
Адвокат пригласил их в контору через неделю. За это время он подготовил иски о разводе, разделе имущества и об алиментах и сегодня он собирался показать им все документы. Иски изложены были грамотно и убедительно. Они ознакомились с ними и поставили подписи. К ним прилагалось письмо Миры о согласии на получение от мужа определённой денежной суммы и письмо Илюши о выплате алиментов. Аркадий помог им составить эти письма и сделать перевод, заверенный нотариусом.
— Через несколько дней я передам всё в секретариат суда. Месяца через два, я думаю, состоится заседание по вашему делу.
— Я через две недели улетаю в Мехико. Вернусь через полтора месяца.
— Не беспокойся, суда без вашего присутствия не будет. Как у вас с языком?
— У меня нормально. Без него я не смогла бы работать в Академии.
— Я немного говорю, но не уверен, что мне этого хватит.
— Ладно, я буду твоим переводчиком, — кивнул Аркадий.
Он достал из папки и протянул им лист с напечатанным на нём текстом.
