Его не удивил звонок Джереми Вайнштока, председателя совета директоров финансовой компании на Уолл-стрит, сотрудничавшей с его корпорацией. За последние годы он стал известным специалистом, и ему уже не нужно было искать работу, потому что искали его. Ему предложили возглавить отдел, и Санька дал согласие. Компания располагала мощными компьютерными ресурсами. Теперь они оказались в его подчинении. Новая программная система, в которой он, наконец, мог реализовать свои идеи, требовала для вычислений огромного объёма памяти и быстродействия. В МГУ он когда-то изучал труды академика Леонида Канторовича, получившего в семьдесят пятом году Нобелевскую премию по экономике. Методы разработанного им линейного программирования теперь очень нужны были ему для решения множества задач, с которыми сталкивались торгово-финансовые компании.
Санька после совещаний, докладов и рутинной работы оставался там по вечерам и восстанавливал программу. Ему было важно проверить её на нескольких примерах. Только тогда он мог бы представить руководству систему и получить необходимое финансирование. Через два месяца появились обнадёживающие результаты. Санька записался к Джереми на беседу.
— Я однажды осознал, что деятельность торгово-финансовой компании может быть оптимизирована точно так же, как это делается в отношении производственных процессов. Мы, как и любое предприятие, стремимся получить доходы от нашей деятельности. У нас есть большое количество проектов, которые мы финансируем и очевидная целевая функция — максимальная прибыль.
— Это понятно. Что ты предлагаешь?
— Ещё в корпорации я начал строить модели и разрабатывать систему. Во время теракта всё погибло, но я сделал распечатку, чтобы поработать дома.
По ней я восстановил программу и выполнил несколько расчётов.
Санька открыл папку и положил перед Вайнштоком несколько листов. Джереми взял их, окинул взглядом и посмотрел на него.
— Мистер Абрамов, объясните, пожалуйста. Я, наверное, уже стар для этого.
— Метод линейного программирования позволяет найти наилучший план финансирования. Расчёты показывают, что применение компьютерного моделирования нашей деятельности позволяют увеличить прибыльность на пять-семь процентов.
— Это огромные суммы, сынок.
— Для завершения разработки и тестирования системы требуются капиталовложения.
— Сколько тебе нужно?
— Я прикинул, и у меня получилось около двухсот тысяч. Это оплата работы программистов и персонала. Через полгода, надеюсь, мы закончим.
— Предоставь мне материалы и расчёты. Я подниму этот вопрос на совете директоров.
— Благодарю, мистер Вайншток.
— Это я должен благодарить тебя, сынок.
Санька поднялся и уже готов был направиться к двери кабинета.
— Подожди, Алекс. Твоя секретарь ушла в декретный отпуск. Я хочу предоставить тебе новую. Она внучка дорогих мне людей. Моя семья погибла в Германии в тридцать девятом году. У моего отца был друг детства, немец, аристократ. Когда забрали моих родителей, он взял меня, тогда мне было семь лет, заказал новые документы, и я стал его племянником. После войны он отправил меня в Америку вместе с сыном к своему дяде, крупному промышленнику. Я окончил университет, и дядя принял меня к себе на работу. Эта девушка — внучка моего спасителя и дочь его сына.
— Хорошо, мистер Вайншток. Ей, надеюсь, будет интересно работать со мной.
Клер, так звали девушку, оправдывала своё имя. Её чистая нежная кожа и телесная красота не вызывали сомнений в благородном происхождении. Через десятилетия словно вырвался из небытия природный аристократизм её предков. Когда на следующий день Санька поздоровался с ней, проходя в кабинет, он неожиданно для себя ощутил в крови силу её девичьего обаяния. Он терпеливо и по-дружески объяснял Клер её обязанности. Она усваивала всё налету, была внимательна и сдержанна, и однажды он почувствовал пронзительный взгляд, которым она смотрела на него. Он отгонял от себя всякие мысли о ней и старался сразу же погрузиться в работу. Он был высок, строен и красив, седина едва обелила его волнистые тёмно-каштановые волосы. В компании и в его отделе работало немало девушек и молодых женщин, и он не мог не замечать их особый к нему интерес. Но в её взгляде было что-то необычное и волнующее.
В тот день Клер зашла к нему, неся на маленьком подносе чашку зелёного чая. Он поблагодарил её и намеревался продолжить свои дела. Но она не уходила, а подошла к нему и коснулась рукой его плеча. Он повернул к ней голову, и в этот момент её золотистые волосы коснулись его лица. Она наклонилась и поцеловала его в губы.
— Клер, что случилось?
— Я люблю тебя, Алекс. Даже не думала, что такое возможно.
— Ты умная девушка и понимаешь, что я совершенно тебе не подхожу. Я слишком стар для тебя, между нами разница двадцать лет.
— Я хочу выйти замуж за еврея и народить ему много детей. Я не могу простить моему народу, что он с вами сделал. Это чудовищно.
— Выходить замуж нужно за своих, Клер. Думаешь, среди евреев нет негодяев? Ты молода и красива и обязательно встретишь своего парня.
