Историки и по сей день спорят об этом немалом событии на поле брани в день Бородина. Главнокомандующий М.И. Голенищев-Кутузов считал главным виновником недостаточной эффективности кавалерийского рейда атамана Платова. Действительно, стороны в том боевом эпизоде потеряли примерно по 200 человек каждая. Для отражения рейда французы направили пять тысяч резервных войск.
Но, с другой стороны, «неудачная демонстрация диверсии» привела к тому, что неприятель, всерьез опасавшийся за свои тылы и коммуникации, приостановил атаки на Бородинском поле на целых два часа! Данного времени оказалось вполне достаточно, чтобы русское командование провело перегруппировку своих войск и подготовилось к дальнейшей защите занимаемых позиций. Это особенно сказалось на положении дел у Курганной высоты.
Спор исследователей подогревается тем фактом, что дично Уваров и Платов оказались в числе немногих генералов из участников Бородинского сражения, не получивших никакой награды. А вот их подчиненные офицеры получили. Главнокомандующий писал в донесении императору Александру I, что «казаки в сей день, так сказать, не действовали».
Но необходимо, ради справедливости, заметить, что кутузовским приказом у атамана Платова из-под командования было взято три четверти полков из 25. В ином случае массированный удар русской конницы мог бы быть совсем иным. Следует еще сказать, что «бездеятельные» казаки захватили при Бородино до 500 пленных и надежно прикрыли крайние оконечности армейских флангов, особенно на Старой Смоленской дороге.
Можно обратиться к оценкам очевидцев, написавших мемуары. Так, у А.С. Норова в воспоминаниях есть такие строки: «…Блестящая кавалерийская атака Уварова привела вдруг в смятение всю неприятельскую армию… Эта атака, проникшая до неприятельских парков и обозов, совершенно смутила Наполеона».
Другой мемуарист, Ф.Т. Шуберт пишет, что появление русской конницы «привело к очень большим результатам; возникла определенная нерешительность во всех атаках неприятеля, палатка Наполеона была свернута и его гвардия стала в каре под ружье. В Колоцком монастыре, где был главный госпиталь и главный перевязочный пункт, поднялось чрезвычайное замешательство».
В своих работах известный исследователь Бородинского сражения историк А.И. Попов аргументированно делает следующий вывод о значимости рейда кавалерии генерала Уварова и казачьей конницы атамана Платова: «Диверсия принесла больше пользы русской армии, чем нанесла вреда французской. Она помогла русским воинам выстоять на поле Бородинском». С мнением исследователя можно только согласиться.
…К 15 часам вице-король Евгений Богарне с итальянской гвардейской пехотой возвратился с левого берега реки Колочь. Атаки на Курганную высоту возобновились с еще большей силой. Теперь «Большой редут» и его защитников обстреливали более чем 120 орудий. Оборонявшийся здесь 7‑й пехотный корпус генерал-лейтенанта Н.Н. Раевского нес огромные людские потери от массированного огня вражеских батарей, которые почти полукругом охватывали здесь позицию русских.
Участники сражения свидетельствуют, что вражеские гранаты и ядра сыпались со всех сторон, бороздили землю рикошетом, крушили все на своем пути. Русская артиллерия вела ответный огонь, обстреливая и вражеские батарейные позиции, и атакующую пехоту и кавалерию.
Император Наполеон откровенно торопил в день Бородина события, спеша склонить победную чашу весов в свою пользу. Он словно боялся, что виктория ускользнет из его рук. Сильные, зачастую массированные атаки на «Большой редут» вели корпуса Богарне, Груши, Коленкура, Латур-Мобура.
Используя мощь массированных атак кавалерии маршала Мюрата на батарейную позицию русских, которые велись как с фронта, так и с обоих флангов Курганной высоты, Великой армии, в конце концов, удалось овладеть ею, но дорогой ценой. Последняя кавалерийская атака, которая принесла победу французскому оружию, началась по приказу Мюрата около 15 часов дня.
Надо заметить, что подобного кавалерийского дела ни Отечественная война 1812 года, ни Наполеоновские войны не знают. Хотя наполеоновская армия и славилась массированными ударами кавалерии, не раз добывая ими виктории.
По одной из версий, первой ворвалась на высоту 2‑я тяжелая кавалерийская дивизия генерала Ватье. По другой – первым ворвался на «Большой редут» саксонский пехотный полк. По третьей версии, обладателем батареи Раевского стала пехота вице-короля Италии. То есть спор об этом был начат еще французскими мемуаристами, участниками Бородинского сражения. Во время штурма был убит генерал О. Коленкур, а раненый генерал Лихачев попал в плен.
…После взятия французами «Большого редута» накал битвы стал заметно падать. К этому времени силы Великой армии, чтобы развить наметившийся успех были уже слишком истощены. Атакующий пыл наполеоновских войск иссякал на глазах и у императора французов, и у главнокомандующего русской Главной армии.
