– Чаю хочу, – заявил он. – Скажи, чтоб принесли самовар.
Генерал позвал дневального. Дневальный вошел, щелкнул каблуками, отдал честь и с разинутым ртом уставился на разутого ефрейтора, удобно разместившегося за генеральским столом.
– Принесите чаю!
Дневальный щелкнул каблуками и вышел, пошатываясь. Старик Крыленко потер руки и посмотрел на карту.
– Рябинниково! – внезапно обнаружил он с детской радостью и поставил на карту свой толстый грязный палец. – А это что за подкова?
– Это наши новые позиции. Я отдал приказ эвакуировать Рябинниково и занять…
Молодой Крыленко с тревогой остановился. Усы старика мгновенно встали торчком и затрепетали, как листва на ветру. Глаза злобно сощурились, а из носа послышался прерывистый, злобный свист. Он медленно встал и наклонился вперед…
– Это как же понимать?
– Не стоит смотреть на эти вещи с сугубо личной точки зрения, отец!
– Ты не будешь защищать Рябинниково? Наше Рябинниково?
– Ну перестаньте, отец… Будьте благоразумны. У врага свежая бронетанковая дивизия, а у меня нет противотанковых орудий…
– Нет противотанковых орудий? Что же ты сделал с теми, которые доверил тебе народ?
– Да что вы такое говорите, отец…
–
Он подпрыгнул, с поразительным проворством схватил сына за ухо и принялся его накручивать…
– Ай! – не стесняясь закричал генерал Крыленко. – Отпустите меня!
– Он оставил Рябинниково! – причитал старик. – Пятнадцать лет я там жил, работал и трудился… Нет такой ноги, которую я не обул бы! Наша деревня, без единого выстрела отданная врагу! Что скажет Степка Богородица? А Ватрушкин? А Анна Ивановна? Митька Крыленко отдал врагу родное село! Мой сын!
Встревоженный криками часовой ворвался в комнату с выставленным штыком, убежденный, что его генерала убивают. Он увидел расхристанного и босого старого ефрейтора, с плачем таскающего за ухо генерала, который – о, ужас! – даже не пытался защищаться. Для часового это было уже слишком. Он протер глаза и вылетел из комнаты с таким видом, будто все бесы восстали из ада и несутся за ним по пятам… В конце концов молодому Крыленко удалось освободить свое несчастное измочаленное ухо и спрятаться за столом.
– Мне дают приказы! – пытался он объясниться. – Нельзя вести войну как вздумается… И я же сказал вам, у меня нет противотанковых орудий!
– Противотанковые орудия, противотанковые орудия! А штыки что, для собак придуманы?
– Отец!
– Холера тебя побери! – попросту ответил ему старик Крыленко. – Рябинниково, оставленное без единого выстрела, без единого погибшего на его улицах солдата!
Он резко замолчал и встал.
– Ну что ж, я, Савелий Крыленко, сам покажу тебе, как должен драться настоящий гражданин! Я сам пойду в Рябинниково! Я один буду защищать его! Своей грудью! Своими руками! Обойдусь без тебя…
Он засучил рукава и торжествующе направился к двери.
– Отец, а чай? – робко промямлил Митька.
Старик Крыленко обернулся и спокойно плюнул себе под ноги.
– Вот тебе твой чай! Не хватало еще, чтоб меня отравили! Человек, способный отдать врагу свою деревню, вполне может отравить собственного отца!
Он вышел, и за дверью еще некоторое время слышался его голос, изрыгавший проклятия. Молодой Крыленко остался в комнате один. Он вынул носовой платок и вытер лоб. “Мне что, все это приснилось?” Он обвел робким взглядом кабинет и вскочил. Посреди комнаты важно возвышалась пара почти новых, до блеска начищенных сапог… “Он ушел босиком!” Генерал схватил сапоги и бросился на улицу. Галопом, с сапогами в руках, пробежал по снегу сотню метров и окликнул какого‐то солдата.
– Вы не видели сердитого ефрейтора с большими усами и босиком? – строгой скороговоркой спросил он.
Несчастный солдат посмотрел на генерала Крыленко, прославленного генерала Крыленко, который, запыхавшись, стоял перед ним с сапогами в руках. Солдат широко раскрыл рот и слабо вскрикнул… Но Митьки уже и след простыл. С сапогами в руках он быстро бежал в сторону размахивавшей руками фигуры, что удалялась по снегу вдоль замерзшей реки… Старик прибыл в Рябинниково как раз в тот момент, когда немцы, вошедшие в деревню с противоположной стороны, въезжали на рыночную площадь. Крыленко побледнел, взглянул на толстого немецкого майора, высунувшегося из танка, и подошел к нему:
– Именем Союза Советских Социалистических Республик…
–
– Он поздравляет вас с прибытием, – объяснил лейтенант.
–
Старый сапожник перевел дыхание и плюнул немцу под ноги.
– Именем Союза Советских Социалистических Республик! – повторил он.
–