- Да что вы? Какая непосильная для меня честь, - ну, сволочь, держи. - Ой, а у меня на ладони перышко. Сейчас я его на вас сдую. Ловите... ртом... Ага. И главное, во сне вправо не кренитесь...
Любоню я нашла вскоре, все на том же длинном бревне за огородным тылом. Правда, на этот раз, без одуванного венка и в слезах:
- Ну, ты чего, подружка, - бухнувшись рядом, обхватила ее за вздрагивающие плечи. - Что, сильно худо?
- Угу, - пробубнила она в свои ладошки, а потом и сама меня обняла. - Ой, Евся, если б ты знала... Как худо то...
- Ну, а если худо, так откажись от него.
- От кого? - испуганно отстранилась Любоня, даже реветь перестала.
- От жениха, - опешила я.
- А-а... А я думала, ты про Русана... А его теперь и вовсе здесь нет, - всхлипнула, вытирая глаза.
- Я знаю. Мне Галочка сказала. И надолго он в Бадук сослан?
- Ты тоже думаешь, что Ольбег его специально туда спровадил?
- Не-ет, - удивленно протянула я. - Просто, слово вырвалось.
- Вырвалось... А я вот думаю, что специально... - протяжно вздохнула она, а потом, уж совсем неожиданно, расплылась. - Евся... А ведь тогда, в Купальную ночь... Он ведь меня нашел.
- Да ты что? - постаралась я удивиться.
- Ага... И ты знаешь, какой он... Он мне во всем признался. А потом... Ой, подружка моя дорогая, как же хорошо нам тогда было. И я так рада, что он у меня - первый, мой единственно любимый мужчина... Но, я не думала, что после той ночи... Я теперь совсем не могу его терпеть, своего жениха. Раньше, до рук Русана и губ его ласковых, думала, что смогу. А теперь точно знаю, что нет на то сил моих, - полился новый ручей из слез.
- Любонь, ну а, если, ты это знаешь, так почему ж не откажешься от своего замужества? И вообще, что Русан про все это говорит?
- Русан говорит, что... - вдруг, замолчала она. - ... Он говорит, что любит меня.
- А еще что говорит?
- И все, - расширила она на меня глаза.
- Как это, "все"? Раз любит, пусть сам тогда и женится. Ты ему говорила, что Ольбег тебе не мил?
- Не-ет. Так-то ж и так понятно. Иначе, разве б стала я с другим втихомолку любоваться? Для меня то - святой запрет, непростительный. До свадьбы - можно. Но, только с любимым... Или с женихом, - потерянно выдохнула она.
- С двумя сразу что ли? - недоуменно скривилась я. - В твоем-то случае так и получается. Любонь, чего ты молчишь?.. Ольбег что, тебя в кровать затащил, пока у вас столовался?.. Любоня?
- Нет, - отрешенно качнула она головой. - Но, он меня в гости к себе зазывал. И сказал, чтоб я вечером приезжала, после заката. И без Галушки.
- И что, ты так и сделаешь? - даже перехватило у меня дыхание.
- Евся... - тихо начала она, уставясь в одну точку. - Знать, у меня судьба такая - любить одного, а терпеть ласки другого. Вот завтра и поеду, сюрпризом. Он их любит. Потому как выбора иного у меня нет... Ты только не перебивай и не горлань на меня. Я до конца сказать хочу... Мой отец, Евся, Ольбегу очень обязан. Тот его в долю возьмет, как только я в Букошь съеду. Ты ведь сама знаешь, здесь, в Купавной нам хорошо жилось, но, то - не вечно. Скоро все молодые отсюда разбегутся и забудут старых богов. В прошлом году трое уехали - на месяц, на заработки. Да так никто из них обратно не вернулся. А в этом... Вон, даже Лех твой в наемники собрался. А за ним следом остальные потянутся. Кто - к соседям. Кто еще дальше. А что с весью станет? Кому будет нужен порядник без нее?.. Я не могу пойти против родительского благополучия. Им еще Галушке жениха достойного искать. А Русан... Русан так и будет для меня всю жизнь самым - самым. Вот и все... Теперь горлань, сколько душе угодно.
- Да что-то... не хочется, - откинулась я спиной на забор, подняв глаза к вечно бегущим по небу облакам... - Скажи мне, Любоня. Только честно. А, если б, Русан тебя сейчас позвал за собой. Хоть куда, но, за собой, пошла бы? - подружка с ответом промедлила. И я лишь услыхала сначала, сбоку от себя, очередной ее прочувствованный вздох, а потом, чуть слышное:
- Да. Кинулась бы...
- И еще скажи, что бы ты своему жениху, многоуважаемому, ни за что не простила?
А вот теперь она ответила сразу:
- Измену с нелюбимой. Потому как все остальное изменой не считается... Евся...
- Ага.
- А ведь я права была, - усмехнулась, вдруг Любоня.
- Поздравляю тебя. И в чем?
- Дрались в Солнцеворот из-за тебя.
- Да что ты? - отстраненно отозвалась я, думая в это время о своем.
- Ага... А еще, знаешь, что?.. Той драке, уж прости, но, я поспособствовала. Я просто, когда мы с чужаком этим, Стахосом, к костру пришли, сгоряча выпалила, что у вас с Русаном любовь. Ну, я ж тогда так и считала. А он сразу развернулся круто и назад к лавочке пошел.
- Ну, ты, подруга, и дуреха.
- Еще какая. Только я к чему это говорю. Ты ж теперь, наверное, тоже здесь не останешься, в своем лесу. Ну, мне так кажется.
- А кто его знает... - глубокомысленно вздохнула я и со смехом обхватила за плечи свою "дуреху"...
