- Ввважным? – не сдавалась я, плавясь от его дыхания, в данный момент опаляющего
мою шею.
- Попалась… - прорычал муж и его рука двинулась вниз, приподнимая край юбки, -
дела подождут… они теперь будут очень долго ждать… непозволительно долго…
- А ссссовещание? – прошептала я, прижатая к его телу. Через легкую ткань моего
платьица отчетливо ощущалось, что Анситор твердо решил совещание прекратить…
Очень-очень твердо!
- Одна маленькая, очень аппетитная малышка мне его сорвала, - тихо вкрадчиво
промурлыкал он, при этом дотронувшись языком до моего уха.
- Иии… - мое дыхание давно сбилось, воздуха явно не хватало, - что тты намерен с
ней сделать?
Осмелев, я потерлась об него, как кошка. Анситор взвыл, прижимая меня еще
крепче. А его пальцы, удачно миновав кружево чулок, скользнули по открытому
участку кожи. Они настойчиво пробирались к моим трусикам. Последняя преграда на
пути к желаемому дрогнула под его натиском, и я почувствовала, как он бережно
погладил мои складочки.
- О, она заслужила сурового наказания, - выдохнул муж, а его палец скользнул еще
глубже, вырывая мой стон, - влажная… Боги! Желанная, горячая, страстная… и вся
моя…
В ответ смогла лишь застонать, уплывая на волнах удовольствия, которое дарили
его пальцы. Анситор слегка отстранился, и я услышала, как звякнула пряжка его
ремня.
- Сейчас, котенок, - шептал он, - только снимем эту странную часть твоего
платья.
И он потянул трусики вниз. Боги! Да быстрей же, большая космочерепаха! Такая
желанная, дарящая удовольствие рука покинула мое влажное, томящееся местечко,
вырывая из меня стон отчаянья и возмущения.
- Какая нетерпеливая девчонка, - ворчал Анситор, переворачивая к себе лицом.
Я почувствовала горячие ладони, настойчиво поглаживающие мою попу. Наши губы
слились в жадном, голодном поцелуе. Мои руки обвились вокруг его мощной шеи, и я
почувствовала, как меня приподнимают, заставляя обвить торс мужа ногами. Его
горячее пульсирующее желание тесно прижалось к моим влажным складкам. Я поерзала
в поддерживающих меня ладонях, пытаясь тесный контакт превратить в более
глубокий, и когда мне это не удалось, жалостно всхлипнула. Блондинистый
искуситель на миг оторвался от моего рта, ухмыльнулся и продолжил целовать, как
ни в чем не бывало. Головка его горячего члена так сладко терлась о стенки моего
влажного лона, каждое ее движение срывало с моих губ стоны удовольствия, а этот
маньяк упивался ими, продолжая меня изводить. И когда я уже готова была
разорваться от неудовлетворенного желания, шепнул.
- Попроси…
- Пожалуйста… - всхлипнула я, чувствуя, как муж толчками заполняет меня, -
ещееее…
- Проси…
- Пожалуйста… - и снова толчки, глубокие, резкие, заставляющие кричать, а я
молю, повторяя, - еще… еще…
И взрываюсь, когда наслаждение переполняет меня до краев. Мое прерывистое
дыхание и низкие стоны блаженства звучат в унисон с рыком мужчины, тело которого
содрогнулось от удовольствия.
- Кэт… мой сумасшедший котенок, - шепчет он и целует все, до чего в состоянии
дотянуться, глаза, нос, брови, щеки, а я лишь блаженно щурюсь, тая от его
нежности.
- Люблю тебя, - шепчу ему.
- Люблю тебя, - слышу в ответ.
Домой перемещалась уютно устроившись у мужа на руках. Меня не спеша раздевали,
целуя каждый открывающийся участок кожи. И снова были ласки, стоны, жаркие
объятья, любимые руки и губы везде, и океан неги и удовольствия. А потом, когда
в бассейне я приняла любимую позу морской звезды на теле мужа, он как-то
смущенно хмыкнул.
- Ммм? – вопросительно посмотрела на него я.
- Выполнишь мою просьбу? – тихо шепнул он.
- Если ты выполнишь мою, - улыбнулась, вспомнив о Глае.
- Выполню, - он ласково погладил меня по спине, - выполню миллион твоих просьб и
желаний.
- Какая у тебя просьба?
- Одевай почаще те штанишки… - он не договорил, словно закашлявшись.
- Какие те? – рассмеялась я.
- Которые так славно обтягивали твои ножки, родная. Когда увидел тебя, выходящую
из портала в таком виде, у меня чуть сердце не выпрыгнуло. А когда понял, что
это вижу не только я, готов был убить всех присутствующих. Поэтому одевай, но
только для меня, малышка.
- Это - не штанишки, - какие они потешные в этом космосе, - это – чулки. У нас
на Земле все женщины такие носят. И трусики, кстати, тоже.
- Это та часть платья…
- Да! Именно та часть!
- Ее тоже одевай, - шепнул Анситор, - мне очень понравилось ее снимать.
А потом, уже лежа в кровати я рассказывала и рассказывала ему, о том, как жила
весь этот месяц, о просьбах, о заговоре, о юных иланах.
- Надо взять с них магическую клятву верности, - зевая сказала я.
- Маленькая, что же ты не сказала, что тебе тяжело? – Анситор навис надо мной и
вид у него был такой виноватый, а я погладила его по щеке и улыбнулась.
- Мне без тебя тяжело, - прошептала ему в губы, прежде чем подарить нежный,
теплый, уютный поцелуй.
- Завтра распределяю все дела и занимаюсь только тобой! – решил муж.
- Все не надо! – испуганно, попыталась его образумить, чувствуя, как ноет каждая
мышца в теле, - немножко можно и оставить, тем более я тоже до обеда буду занята
просьбами страждущих.
- Как скажешь, Звезда моя! Как скажешь…
