Неужто, например, кто-то может посчитать нас сексуальными, когда мы просто, как сейчас, занимаемся своими делами или идем по улице? Бессмыслица какая-то, если задуматься. Нам этого не понять.
В истории случалось множество разных войн, вторжений и прочих пугающих событий, которые неразрывно были связаны в том числе и с эксплуатацией женщин в сексуальном плане.
Вот только в эпоху, когда жили эти «старшеклассницы», Япония не вела никаких войн.
Тем не менее «старшеклассницы» и их «форма» были объектом вожделения. Сексуальная эксплуатация происходила на ежедневной основе. Иными словами, страшные были времена.
А самое удивительное то, что люди, похоже, всеми силами старались не обращать на это внимания. Чего они так боялись? Все это настолько загадочно – как будто в этот момент шла какая-то незримая, непостижимая борьба, о которой не осталось никаких свидетельств. Мы это запомним. Нужно будет как следует все изучить.
Надев «школьную форму», мы буквально ощутили груз истории на своих плечах – пока мы разглядывали друг друга, стало как-то страшно и даже неловко, и все же мы решили взяться за дело со свойственными нам любопытством и исследовательским интересом.
Мы досконально проработали добытую в архиве информацию о «старшеклассницах» и той эпохе и воссоздали собственную версию.
Так мы назвали друг друга. Нам показалось, это подходящие имена для «старшеклассниц».
Но поскольку мы к такому не привыкли, постоянно ошибались и даже забывали собственные имена.
Имя в целом странная штука.
С самого начала мы могли выбрать его себе сами и в любой момент поменять.
Можно было и вовсе жить без имени.
Фамилии же, которые раньше были обязательны, теперь совсем отменили.
По одной из теорий это потому, что фамилии были неразрывно связаны с «дядюшками».
Мы также изучили вопрос с девичьими фамилиями, но ими, по сути, тоже заправляли «дядюшки», которым они и принадлежали. В большинстве случаев женщины в Японии, выходя замуж, утрачивали свою фамилию, впрочем, строго говоря, свою ли? Фактически никаких своих фамилий у женщин не было.
Еще нас поразил тот факт, что имя ребенку нередко выбирала не мать, которая его родила, а «дядюшка» – глава семейства. Но ведь рожал-то не он. «Дядюшки» вообще не способны это делать. И почему, когда вмешивался палец о палец не ударивший «дядюшка», люди считали это нормальным?
Изучая тот период, мы узнали, что женщин, которые по каким-то причинам не могли родить, презрительно называли «физически неспособными». Вот только единственными, кто действительно физически неспособен к деторождению, были «дядюшки».
«Мне совершенно не подходило то имя, что выбрал дедушка. Иногда я думаю, а как бы все обернулось, если бы этим занимались мама или бабушка? Возможно, тогда мое имя нравилось бы мне гораздо больше».
«Учительница» пересказала нам, точно какую-то легенду, эти слова, произнесенные когда-то одной женщиной, пока мы изучали проблему.
Не знаю, в связи с этим или нет, но мы решили, что у нас с именами будет полная свобода.
В итоге, завершив групповой проект, мы почувствовали, что узнали чуть больше и об ХХ.
Наше выступление похвалили.
– Великолепно.
– Великолепно.
– Великолепно.
– Великолепно.
– Великолепно.
Мы безостановочно друг друга подбадривали. Главное – делать это с серьезным видом.
В исследовании неизбежно пришлось коснуться вопроса «старшеклассниц». Мы ужасно расстроились узнав, что система образования взращивала в них низкую самооценку, поэтому теперь, буквально став «старшеклассницами», упрямо продолжали повторять друг дружке: «великолепно», «великолепно». В глазах при этом почему-то защипало.
Родись мы в другое время – стали бы «старшеклассницами» по-настоящему. Стоило лишь подумать об этом, как ноги начинали подкашиваться.
А потом мы отдали обратно «школьную форму».
Освободившись от их личностей, мы решили, что некоторое время стоит провести вовсе без имен. И даже во время игры в волейбол – последнего нашего занятия на неделе под лозунгом «Попробуй, побудь старшеклассницей!» – мы избрали своей тактикой никак друг к другу не обращаться и в целом помалкивать. Единственным признаком нашего присутствия оставалось лишь слышное со всех сторон тяжелое дыхание. Несгибаемая воля – аж мурашки бегут по коже.
Обстановка, впрочем, накалялась все больше, и вот мы уже не могли больше молчать – потоком хлынули слова похвалы, которые мы адресовали друг другу при каждом следующем удачном броске.
– Великолепно.
– Великолепно.
– Великолепно.
– Великолепно.
– Великолепно.
Это получалось у нас так естественно, снова и снова. Мы как будто пытались стряхнуть с себя ту грусть, то чувство несправедливости, что возникли у нас, пока мы изучали «старшеклассниц».
А еще ту досаду. Да, нам было досадно. От того, что «старшеклассницам» так нелегко пришлось.
– Ты!
– Рассчитываю на тебя!
– Доверь это мне!
– Я тоже хочу подавать!
Соперницы, словно что-то задумав, продолжали играть, крича друг другу команды. И это тоже было весело.
Они выиграли с незначительным перевесом.
