Я остановил свой рассказ…и взглянул в окно. Уже светало, снег продолжал падать. Блестящие искры играли на ледяной форточке.
– Чего ты? – спросила Маша.
– Помнишь того мальчика, который умер? – я внезапно вспомнил печальную историю.
– Да. Помню.
– Только в сказках мы говорим, что человеческий организм способен перебороть любой недуг. На деле выходит совсем иначе.
– Если бы ему собрали денег на операцию…
– Если бы. Главное, помнить: после любой сказки ты возвратишься к реальности.
Я продолжил свой рассказ.
– Тот мальчик был храбрым и очень сильным, – сказал песочный человек.
– Ты знал его?
– Я ему дарил свою книжку. Он выглядел счастливым.
Антошка молчал, разглядывая далёкий огонёк в окне. Он любил помолчать вместе с песочным человеком.
– Зачем нам нужны деньги?
– Видимо, чтобы нам разрешили жить в этом мире, – ответил песочный человек. – Ты должен упорно трудиться, чтобы заработать деньги, которые помогут прожить тебе этот день. Ты можешь придумать что-нибудь превосходное, что усилит и без того всемогущую систему. Она ждёт, пока ты предложишь ей или себя или свою идею. Также ты можешь воровать, обманывать и уничтожать морально и физически людей, зарабатывая на этом деньги. Можешь попытаться отыскать счастья в любимом занятии, фантазируя о том, что тебя поджидает успех. Идеалисты говорят, что мы должны прожить свою жизнь, не обращая внимания на деньги. Только не договаривают, что их наличие даёт возможность не беспокоиться ни о чём.
– Мы работаем ради того, чтобы однажды не работать.
– Всё довольно просто, и не требует длинных разъяснений. Каждый ребёнок знает, в чём заключается оплошность и одновременно порок этого мира.
– Ну что же, я отправляюсь на поиски Николая.
– Передай ему привет от меня. И не забудь задать правильный вопрос.
Антошка покинул его скромную лачужку, в которой только и были, что книги и цветы в горшочках. Будущее настигало его в самые неподходящие моменты, как он любил говорить. Песочный человек никогда не огорчался происходящим событиям в жизни. Он чувствовал этот мир, он бесконечно жалел о том, что видел, слышал и знал. И всё равно он продолжал любить свою родную планету, на которой исправно трудился.
– Ты ещё ребёнок, – уверенно проскрипел Рудольф. – Говорят, что ты книгу пишешь?
– Да, и очень хочу отыскать Николая.
– А в чём, собственно, необходимость?
– Не знаю, чувствую что-то неприятное. Будто нить оборвалась внутри, и я пытаюсь связать концы заново.
– Только не говори, что тебе нужно увидеть, чтобы поверить! Это чёрствые взрослые любят повторять себе под нос.
– Нет, но…Вдруг он поможет нам. Вдруг с появлением Николая, гномы вместе с Клаусом покинут фабрику!
– Но ты ведь знаешь, что этого не произойдёт. Таковы законы окружающего нас мира.
– Но почему всё изменилось?
– Может, мы слишком долго прятались в нашем сказочном лесу.
Рудольф продолжал медленно разжёвывать траву, при этом его глаза задумчиво смотрели в одну точку, и этой точкой была лужа.
– Что ты видишь? – внезапно спросил Рудольф.
Антошка подошёл к нему, и они вместе всмотрелись в лужу.
– Я вижу мальчика и рогатого оленя.
– Мне больше напоминает дряхлую вешалку и мечтательного ребёнка.
Сколько Антошка помнит Рудольфа, у него всегда был красный нос, словно неугасающий фонарь. И всегда он жаловался на собственную старость, хотя никогда не казался больным или слабым.
– Я давно не был в упряжке, а значит, настолько уже стар. Сейчас молодые олени намного продуктивнее работают, хоть и не являются опытными в своём деле. Много ума не нужно, чтобы доставлять игрушки – всего лишь знать нужный маршрут. В остальном Николай подскажет, если что.
– Скучаешь по нему?
– Конечно! Хорошие времена были. Помню его ещё молодым, когда он ходил и в метель, и в бурю с огромным мешком на плече. Он успевал за ночь обойти несколько близлежащих деревень. Я знаю, что ему было непросто. Николай хотел принести каждому ребёнку подарок, но не всегда удавалось.
– Погода?
– Не только она. Раньше он делал простые игрушки из веток, сухих деревьев, камешков, и даже иногда из льдинок. Времена меняются, уже большинству детей подобные самоделки радости не приносят. Сейчас эти игрушки кажутся детям, и тем более – родителям, убогими. Это дрова для камина, а не воображаемые друзья с бумажными одеждами.
После неожиданного грохота, дверь холодильника открылась и оттуда выпал Снеговик. Из круглого снежного шара появились его руки, то есть веточки и он стряхнул с себя иней.
– Ты же Снеговик, не делай вид, будто на тебе пальто! – рассмеявшись, произнёс Рудольф.
– Мне нравится. Чувствуешь себя хоть на секундочку человеком. Ах, да! Я слышал разговор об игрушках?
– Я рассказывал Антошке о давно забытых временах.
– Ну, если вам интересна главная проблема, то это ресурсы. Да-да, так говорили помощники Николая. Игрушки ведь нужно из чего-то делать, чтобы всем хватило и каждому угодить. Поэтому Николай открыл фабрику, в которой мы, собственно, и живём.
– Что за ресурсы? – в недоумении спросил Антошка.
