Где-то я это уже слышал. И не раз. Вот только не припоминаю, чтобы подобные благие намерения когда-нибудь претворялись в жизнь. Как правило, они терялись где-то по дороге, которая в результате приводила идущих по ней в совершенно противоположную сторону.
— Дело не в том, чего я хочу или не хочу, — выпятил челюсть вперед Троцеро и потеребил свою бородку. — Это соображения безопасности. Они приоритетней любых других. Я не знаю этих воинов. Кто они, откуда?
— Их привел мой друг, — показал на меня принц. — Человек, которому я верю безгранично. И людям его я тоже верю. Если он сказал, что они надежны, значит, так оно и есть.
— Вот-вот, — поддакнул я. — И еще вопрос, кто эффективней в качестве охраны — мои псы войны, которые воинское дело до развилки ног прочувствовали, или вот эти красавцы, которые, похоже, кроме турниров ничего и не видали.
Парни в доспехах нехорошо на меня поглядели, но промолчали.
— Соглашусь со стариной Хейгеном, — снова вступил в разговор Витольд. — Тертые бойцы куда лучше видят опасность, чем паркетные шаркуны. Грязь и кровь войн, знаете ли, научит такому, чего ни в одном дворце сроду не узнаешь.
Троцеро раздраженно дернул щекой, стремительно подошел ко входу и визгливо крикнул:
— Господа наемники, прошу вас пройти к нам. Как выяснилось, без вас тут не обойтись.
Верорк первым влетел в помещение, за ним подтянулись и остальные.
— Мой король, — рявкнул он, стукнув кулаком по груди. — Рад снова видеть вас.
— Ты этого с собой возьмешь? — спросил у меня принц, показав пальцем на него. — Что же, выглядит он внушительно.
— Нет, этот останется при тебе, — не без удовольствия посмотрел на ничего не понимающего Верорка я. — Он славный малый, но для такого дела не годится. Культуры в нем маловато, понимаешь? Убить кого-то или там в атаку пойти — это он может, а вот что-то посложнее, мероприятия, где думать надо — там нет, это не его. Я вон того с собой возьму, невысокого, что слева стоит. Парень не промах, подметки на лету режет, я его давно знаю.
Льод понял, что речь идет о нем, и вопросительно глянул на меня. Я ему подмигнул, давая понять, что все нормально и нервничать не надо.
— Как тебя зовут, приятель? — Вайлериус обратился к хитрецу, который немедленно начал преданно пожирать принца глазами, давая понять, что он за него в огонь и в воду.
— Льод. Готов служить там, куда пошлете!
— К матери своей пошлю, на переговоры, — тихо, но веско сказал принц. — Сопровождать вон его, Хейгена. Дело это сложное, не стану скрывать — опасное, там и голову свою оставить можно. Не страшно?
— Я три раза был женат, мне уже ничего не страшно, — бодро заявил Льод. — Надо сходить — сходим. Придется помереть — помру.
— Молодец, — похвалил его Вайлериус, стянул с пальца кольцо и протянул "орлу". — Держи, на память.
Если бы меня можно было испепелить взглядом, то Верорк не оставил бы от меня и горсточки пепла.
А вот не надо меня злить. И еще — хрен ты ко мне придерешься теперь. Репутацию я вам сейчас поднял? Поднял. Все, слово сдержал, план выполнил. И даже перевыполнил.
И это я молчу про то, что воспоследует, если меня не повесят. Льод, например, может очень высоко взлететь, повыше, чем свой кланлидер.
Он, к слову, застыл на месте, глаза его смотрели в одну точку. Как видно, перепал ему квест, и сейчас он изучал его условия.
До чего мы забавно смотримся в такие моменты. Как застывшие изваяния.
— Ух, — наконец выдохнул он. — Ну что, я готов. Когда идем?
— Да прямо сейчас, — небрежно бросил я. — Чего тянуть? Назир, ты остаешься здесь.
— Нет, — бесстрастно ответил мне телохранитель.
— Там не война, — попытался объяснить ему я. — Там тебе меня защитить все одно не получится. Захотят повесить — повесят, несмотря на все твое искусство убивать. Массой задавят, обезоружат и вздернут. Какой смысл тебе туда лезть?
— У меня есть приказ, я его выполняю, — упрямо повторил Назир, и я понял, что любые разговоры будут сводиться к этой фразе. Как, впрочем, и всегда.
Чужестранка хихикнула, Льод же наоборот, смотрел на это все очень и очень серьезно, я бы сказал — вдумчиво. Так, что я очень пожалел, что завел этот разговор при нем. Ошибочка вышла, опять я расслабился.
— Вольному воля, — вздохнул я. — В конце концов, каждый имеет в этой жизни право получить личную веревку, которая сломает ему шею.
— Откуда этот пессимистичный настрой, дружище, — Витольд наконец соизволил покинуть свое кресло и подошел ко мне. — Ты идешь к Анне, матери нашего дорогого Вайлериуса. С чего ты взял, что она станет убивать друзей своего сына, которые, тем более, представляют его интересы? Она не может не понимать, что, сотворив такое, она сожжет последний мост.
— Я тоже верю в ее благоразумие, — кивнул принц. — Мы еще можем договориться. Так и скажи ей, хорошо?
— Непременно, — пообещал я. — Верорк, меня дождись, хорошо? Нам надо сегодня еще одно дело уладить, то, о котором договаривались.
Витольд стрельнул глазами в сторону лидера "Орлов", как видно, подумав, что речь идет об убийстве королевы, хотя я имел в виду совсем другое. Впрочем — пусть думает. Почему бы и нет?
