И то — как еще назвать эдакую потешную зверушку. Не "Левиафаном" же?
Два Лорда Смерти, обнажив свои клинки, поразившие меня радикально черным цветом стали и волнистыми лезвиями, вошли в образовавшуюся в стене брешь, запрыгнули на ворота, лежавшие на брусчатке городской мостовой, и синхронно повертели головами, спрятанными в черных глухих шлемах.
— Никого, — сказал один из них.
— Ничего, — поддержал его второй.
— Вот и славно, — одобрил Странник.
— Давай-давай, — похлопал меня по плечу он. — Лишняя экспа пока никому в игре не мешала. А тут ее будет предостаточно.
Почему нет? По крайней мере, если меня убьют, то хоть узнаю, чем дело кончилось.
Кстати, а где у меня последняя точка сохранения? По-моему, в замке Лоссарнаха.
— Слушай, — догнал я Странника, который, не дожидаясь моей реакции, уже направился к своим слугам. — Если меня грохнут…
— Детей усыновлю, — отозвался он. — И вдову поддержу материально. Слово повелителя зла.
— Оценил юмор, но я не о том, — проглотил я весьма посредственную шутку. — Просто если я тут полягу…
— Вышлю я тебе твои вещи, вышлю, — успокоил меня он. — Ты же об этом?
— Да, — успокоился я. — Слушай, ты такой умный.
— Слова хорошие, но интонация так себе, — попенял мне Странник. — Вот как мне тебя потом своей правой рукой делать? Никакого почтения к будущему Черному Властелину.
— Зачем тебе меня потом своей правой рукой делать? — изумился я. — Нет, может, ты чего знаешь, чего я не знаю?
— А куда ты денешься? — фыркнул он, входя в город. — И вот этот размалеванный тоже? Нет, ребята, мы все повязаны намертво. Он придет за своими мертвыми, которые все равно мои, а ты… Побегаешь, помыкаешься после того, как все начнется, и тоже ко мне пожалуешь. Одна у нас с тобой дорога, я это давно понял. Ладно, потом договорим, сейчас не до того.
Лорды Смерти не соврали — город был пуст. Пыль, трава, пробившаяся даже сквозь камень мостовой, черные провалы окон в домах — и тишина.
Видел я уже такое, в подземельях дуэгаров, когда одну из печатей ломал. Чуть с ума тогда не сошел.
Но здесь вряд ли то же самое. Игра не повторяется, это я давно усвоил. Выглядеть может одинаково, ты помнишь прошлый раз, действуешь так же, и тем самым совершаешь ошибку, потому что здесь что-то новенькое.
— Плохо, — Сэмади, раздувая свои и без того широкие ноздри, втянул воздух. — Старый город, старая смерть, старое зло. Оно здесь, оно нас ждет. Оно вокруг.
— Само собой, — подтвердил Странник. — Такие места просто так свои тайны не открывают. Тебе страшно?
— Я давно ничего не боюсь, — Барон протянул ему ладонь, на которой лежали орешки. — Отучили. И потом — мертвое не может умереть, чего мне бояться?
— А говоришь, что разбираешься в вопросах жизни и смерти, — Странник взял пару орешков и бросил их в рот. — Мертвые боятся не меньше живых, просто у них природа страха другая.
— Зачем ты о таком при смертном? — Сэмади показал на меня. — Не надо открывать мои секреты даже при белом братце. Не следует ему этого знать!
— Ну извини, — развел руками Странник. — Слушай, прикольные у тебя орешки. Отсыплешь потом горсточку. Кринос, Солис — вы на острие, Кристианус, ты рядом со мной. И присматривай за моим приятелем, когда начнется заварушка, подстрахуй его.
— Рафаил, Донат — вы замыкающие, — не отстал от него Барон. — Микел, ты тоже за белым братцем поглядывай.
Мне стало спокойнее. Что личи Барона, что Лорды Смерти Странника являлись, разумеется, безусловными слугами зла, без каких-либо белых пятен. Они и выглядели соответствующе, чем-то даже были похожи друг на друга. Но при всем этом они были лучшими бойцами, что я видел в этой игре, лучшими, чем даже тролли с плато Фоим. И если двое из них будут не то что охранять меня, а просто даже приглядывать, то мои шансы на выживание возрастают многократно.
Наш отряд шел по пустынным улицам, по брусчатке мостовой лязгали подкованные сталью сапоги Лордов Смерти, насвистывал что-то фривольное Барон, при этом внимательно глазея по сторонам, беззвучными тенями замыкали наш отряд личи.
Улица, другая, третья, пятая, девятая — а самое высокое здание города, круглая крыша которого была видна даже там, за воротами, и которое поднаторевший в этих вопросах Странник безошибочно определил как нашу цель, ближе не становилось.
Я всем нутром ощущал, что здесь что-то не так, но что именно, понять не мог. Брусчатка под ногами, дома по сторонам, вокруг тишина, которую только мы и нарушаем. В чем хитрость? В чем ловушка?
Улица сменилась переулком, потом широким проспектом, и вот новая улица. А мы все так же далеки от дворца, как и раньше.
— Господин, — Солис остановился и взял меч наизготовку. — Господин, нас ведут к смерти. Я чую ее!
— Да это я уже понял, — Странник крутанулся на месте. — Вот только не могу сообразить, как именно, в чем тут… А-а-а-а-а! Ясно. Ну и чутье у тебя, всякий раз поражаюсь. А вот меня надо бы под зад пнуть раз пять, и посильнее, как сказал бы Тристан. Простая же совсем ловушка!
