Резонно, разумно. Особенно ласкает глаз название. "Последние приготовления". Звучит как музыка. Одно плохо — как бы эти приготовления не вышли похлеще, чем предыдущие похождения. Как сейчас врубят что-то немыслимое, из серии "пойди туда, не знаю куда".
Желудь — это вещь. Когда желудь спелый, то, как известно из замечательного новогоднего мультика, его любая свинья съест. Опять же — можно их посадить рядом с замком Лоссарнаха, поливать, выращивать. А почему нет? "Хейгенов дуб". Звучит-то как. Хотя нет, не звучит. Отдельные граждане потом непременно будут говорить мне, чтобы я пошел и обнял его. Мол, он и ты близнецы-братья, и неизвестно, кто умнее.
Нет, положительно ночь задалась. Я-то было волноваться начал, переживать, гадать, что на меня опять навалят. А все не так и плохо. Не сказать, что совсем неплохо. Прямо от сердца отлегло.
— Вот как же мало человеку надо для счастья, — стер из уголка глаза воображаемую слезинку Странник. — Только что нервничал, хмурился, щекой дергал. А теперь! Стоит, улыбается чему-то, того и гляди в пляс пустится.
— Хорошо быть смертным, — поддержал его Сэмади. — Простые желания, простые мечты, маленькие радости бытия.
— Злословьте сколько влезет, — разрешил им я. — Никаких обид и ответных острот не будет.
— Он сказал "ответных острот", — расхохотался Барон. — Уже смешно. Братец, ты шутить не умел никогда, уж можешь мне поверить.
— Да, Тристан мне тоже про это говорил, — подтвердил Странник. — И даже приводил пример, изображая что-то вроде пинка под зад. Не знаю, что он имел в виду…
Ну тут ты перегнул палку, все ты знаешь, поскольку в свое время я при тебе чуть не придушил этого самого Тристана, маленькую дрянь в клетчатых штанах.
— Рассвет недалек, — сообщил нам один из Лордов Смерти, по-моему, тот, которого звали Кристианус.
— Верно, — посерьезнел Странник. — Пошли отсюда. В одной рукописи я читал, что тех, кто встретил рассвет в одном из трех величайших городов прошлого, не ждет ничего хорошего. Что именно с ними случится, там не указывалось, но, полагаю, просто так о подобных вещах никто болтать не станет.
— Формально мы здесь рассвет не встретим, — сообщил спутникам я. — Здесь нет солнца.
— Останься и посмотри, что здесь будет происходить, — предложил мне Барон. — Потом нам про это расскажешь. Или не расскажешь.
— Ну уж нет, проверять на себе правоту этого утверждения мне неохота, — замахал руками я. — Особенно теперь, когда каждый из нас получил, что хотел.
— Тогда вставай в серединку и топай ногами, — посоветовал мне Сэмади. — Левой-правой, левой-правой. И все на самом деле закончится хорошо.
— А вот это не факт, — вздохнул я, но продолжать эту мысль не стал.
Когда мы покинули Уртау, мне показалось, что я услышал что-то вроде дружного выдоха облегчения. Как видно, тараканы-переростки до конца не верили, что мы, сделав свои дела, не продолжим их массовое уничтожение, мстя за свой род, то есть за тех, кого они когда-то тут убили и съели.
Нет, я-то против точно ничего не имел. Пара-тройка уровней мне с этого геноцида гарантированно перепала бы.
— Что я могу сказать? — Странник пригладил свою забавную прическу, представляющую собой торчащий во все стороны "ежик". — Господа, мне было приятно иметь с вами дело. Сработали чисто, слаженно, без споров и ругани. Так бы каждый раз.
— Думается мне, этот "раз" еще настанет, — снял с лысой головы свой цилиндр Барон. — И скоро. Дети Тьмы помнят и ждут.
— Я рад, что между нами нет недопонимания или, того хуже, вражды, — Странник бросил взгляд на меня. — Но это тема для отдельного разговора.
Вот-вот. Ну их нафиг, лишние знания по подобным вопросам. Не знаю ничего, значит, и рассказать никому ничего не могу. Особенно если учесть, что я этого делать не хочу совершенно. Меня еще отец учил, что за добро добром платят. А я от Странника кроме добра ничего не видел.
К тому же, у меня есть более животрепещущий вопрос.
— Слушай, — обратился я к Барону. — А как мы отсюда вообще выбираться будем? Сюда — понятно, по твоей милости попали. Обратно-то как?
— Не знаю, — с улыбкой до ушей ответил мне повелитель мертвых. — Я об этом не думал.
