— Он не старенький и не классный. Он полезный, — объяснил ей я. — И потому сразу скажу — пока я не закончу с ним дела, чтобы не то что не болтала, а и дышала через раз. Нет, глазами хлопай, ребенка изображай, можешь чего-нибудь отковырять от стены… Впрочем, нет, не отковыривай. Вдруг это будет точка сборки замка? У меня нет ни малейшего желания погибнуть под его руинами.
— Возьми меня с собой, — предложила Кролина то ли всерьез, то ли в шутку. — Я этой пернатой вмиг крылья пообрываю, если что.
— Нельзя, — вздохнул я. — Ее рыцари очень любят. И деда Лео тоже. Обидеться могут.
— А тебя, Кролинище, нет, — взлетев чуть повыше, задорно крикнула Трень-Брень. — Нечего было хвостом вертеть перед всеми сразу! После того, как сразу шесть человек друг друга из-за тебя чуть в капусту не изрубили, всем было рекомендовано с тобой общения не иметь. И еще! В Ордене тебя после этого начали называть…
Вот оно чего! И по лицу красавицы-эльфийки мне стало ясно, что она в курсе дела. А я-то гадаю, чего она меня сразу за горло не взяла на предмет того, чтобы с нами отправиться?
И еще. А откуда это фея так хорошо знает о том, какие разговоры в Ордене Плачущей богини ведутся?
— Еще слово — и мы поиграем в игру "старое доброе кино", — пообещала фее Кро настолько медовым голоском, что я сразу вспомнил, что мне еще с Лоссарнахом надо пообщаться. Или с Эбигайл. Или вообще с кем угодно, но главное — подальше отсюда.
— Это как? — вытаращила глаза фея.
— Ты будешь закладывать петли с парой стрел в боку, а я кричать: "Лети, Тренька, лети", — объяснила ей моя "замша". — Как тебе такие забавы?
— Нет, так-то рыцари тобой восхищаются, — взлетела еще выше фея. — Талия там, ноги от ушей… Грудь, опять же.
Чем закончится данная беседа, я ждать не стал. Еще раз напомнил фее, во сколько ей надо быть тут послезавтра, и отправился короля искать.
Обнаружился он в тронной зале, причем будь на моем месте кто-то менее циничный, чем я, то, глянув на картину, открывшуюся моим глазам, он прижал бы ладонь к губам и сказал: "Воу!". А то и слезинку сентиментальную с век смахнул. Да тут даже невозмутимый Назир — и тот бы проникся. Разумеется, если бы зашел в зал со мной, а не остался около дверей.
Моя сестрица сидела на троне, Лоссарнах примостился рядом с ней на небольшой приступочке и гладил ее живот. Прямо — идиллия.
Кстати, ведь есть и другая сторона монеты, та, которую мне уже даже показывали перед свадьбой. Будь на моем месте кто-то более циничный чем я, он мог бы неслабо разыграть эту карту. А именно — дождаться рождения ребеночка, тихонько удавить названную сестрицу, прирезать в кровати короля и быстренько назначить себя регентом до совершеннолетия племяша. Другой-то родни у него нет. Я единственный дядька.
Понятное дело, пара-тройка кланов будет против, но их можно и в крови утопить. Так сказать — повоевать маленько в спортивно-оздоровительных целях. Застаивается гэльтская кровь без резни.
Так-то. До короны — два шага. В прямом смысле.
Вот только не нужна она мне, эта самая корона. Мне выгоднее, чтобы она на голове моего приятеля попрочнее сидела, потому, если надо будет, я удавлю всех тех, кто попробует на него злоумышлять. Я и квест на эту тематику по той же причине не стал недавно принимать.
— А вот и дядька Хейген пришел! — радостно сообщил животу король. — Тебя проведать!
— И, как это ни удивительно — в штанах, — добавила Эбигайл. — Что это ты, братец, приоделся? Тело же дышать не будет?
— Тебя решил порадовать, сестрица, — не менее язвительно парировал ее выпад я. — Да и погода нынче для нудизма не та.
— Не выражайся, — попросил меня Лоссарнах. — При ребятенке-то!
Похоже, он будет одним из тех папаш, которых называют "шарахнутыми". Они встречаются реже, чем безумные мамаши и дамы из серии "яжемать", но все же имеют место быть.
— Больше не буду, — пообещал я. — Кстати, как назвать дите думаешь?
— Сэлар, — посерьезнел мой друг. — В честь родителя своего, упокой небеса его душу.
— Хорошее дело, — согласился я. — Родовое имя — великое дело.
— А второго в твою честь назовем, — пообещал король. — Мы с женушкой даже почти не спорили по этому поводу.
По лицу сестрицы, правда, мне стало ясно, что это далеко не так. Но все равно — приятно.
— Слушай, — я подошел к трону поближе. — Надо мне с тобой одно дело обсудить. Прямо сейчас.
— Давай лучше завтра? — предложил король. — Сейчас такая у меня на душе радость, что не до дел.
— Завтра нельзя, — помотал головой я. — Завтра мне не до того будет.
— Не отстанет, — подала голос Эбигайл. — Лосси, лучше дай ему то, что он хочет, оно дешевле выйдет. Мне ли своего родственничка не знать?
Это что же, она меня сейчас поддержала? Воистину — бывают чудеса на свете. Или, наоборот, так хочет от меня отделаться?
— Ладно, что там у тебя? — согласился король.
