— А позволь ему сделать то, что он хочет, муж мой. Нам, людям Пограничья, все эти боги до факела. Что они есть, что их нет — велика ли разница? Но при этом я знаю точно то, что братец мой пройдоха еще тот, и если он за эту самую Тиамат ратует, значит, это неспроста. И еще — все ж таки какой ни есть, но родич. А родичи друг друга поддерживать должны.
— Видишь? — король щелкнул жену по веснушчатому носу. — Вечно вы лаетесь, но при этом она любому за тебя глотку вырвет, если тот хоть глянет криво. Такой уж у моей жены характер. Напрямую никогда ничего не скажет.
— Вот рожу сына, похудею и прирежу своего паразита-братца при первой же оказии, — пообещала покрасневшая Эбигайл. — Особенно если он снова без порток бегать будет и Линдс-Лохенов позорить!
— А и прирежь, — разрешил я. — Вот только потом жить тебе станет скучно. Орать на кого будешь?
— Видимо, это и есть счастье, — негромко произнес король. — Вот только одно плохо. Надолго его не хватает. Счастье — это как передышка у случайного костра на длинном пути по ночному лесу. Немного тепла, немного покоя — и снова тебе идти по темной дороге без просвета, зачастую даже не зная, далеко ли до того места, где деревья сменятся лугом или степью. И есть ли выход из этого леса вообще?
— Стареет, — пояснила мне Эбигайл. — Вон умные речи вести начал. Как наш с тобой родитель до того, как его проклятая ведьма прикончила. Точнее — мой. Тьфу ты, я и правда скоро начну думать, что мы с тобой родные! Ой, он толкнулся!
И про меня тут же забыли, поскольку данное событие, несомненно, было куда важнее, чем я.
Заметим — я не иронизирую. Так оно и есть на самом деле. Для них — точно важнее. Пусть даже эта парочка и не настоящая, но это факт.
Да, собственно, я против ничего и не имел. Тихонько вышел из зала, добрел до выхода и покинул игру. Что на сегодня наметил — то выполнил. И даже чуть-чуть перевыполнил.
Опять же — дела у меня были вне игры. Бубну мне кое-кому выбить нужно, не откладывая данное мероприятие в дальний ящик.
Вики еще не было, что меня невероятно устроило. Опять ведь она начала бы свою старую песню о главном, мол "куда" да "зачем"? Все понимаю, поскольку точно знаю, что при установке заводских настроек в момент создания женщины, Господь не выдержал баланс, изрядно превысив нормы любопытства, отведенные данному своему творению. Но во всем должна быть мера, правда?
И главное — не ответить тоже нельзя. Потому что следом за этим начнется выстраивание версий всемирного заговора против нее, любимой, и моей личной похотливой заинтересованности в… Да в ком угодно. В любой особи женского пола. Благо тут, в "Радеоне", их много по коридорам ходит.
Она бы и Шелестову приплела, но ей в это здание хода нет.
Учитывая все эти факторы, я быстренько собрался и выскочил за дверь. Времени восьмой час, она вот-вот вернется. Опять же — а если Костик смоется куда? Например, на встречу с одной нашей общей костлявой знакомой? Нет-нет, это я о Мариэтте, а не о Смерти.
Мне снова повезло — наш молодой компьютерный гений оказался на месте. Он сидел в своем крутящемся кресле, глазел в мониторы, висящие над ним, трескал печеньки в виде рыбок из прозрачного пакета, и делал вид, что слушает госпожу Верейскую, которая что-то втолковывала ему, ежесекундно сверяясь со своим ежедневником.
— … и это безобразие! — услышал я, подойдя к ним — Вот еще — было более трехсот обращений недовольных игроков, связанных с невозможностью закрыть квест в каком-то… Как его… урочье Грингворт. Там приходит некий… э-э-э-э… Лич. Да. Лич. Он приходит и убивает всех, поскольку у него высокий уровень. Не соответствующий данной локации.
Урочье Грингворт. Помню. Я там в свое время уровни прокачивал с "Буревестниками". И лича помню.
Но вот что странно — раньше эта локация контролировалась кланом Элины, и просто так там никто качаться не мог. Бегать — да. Квесты выполнять — тоже. Это свободная игра, никто такого запретить не может. А чтобы массовый кач и бесконтрольно — это вряд ли. Они на этом игровые деньги делали, предоставляя подобную услугу. И лича этого убивал специально под то заточенный человек, следящий за порядком.
Впрочем, чего я удивляюсь? Это когда было. Давно тех "Буревестников" нет уже. А может, и никаких нет, после выходки Элины. Я как-то про данный инцидент подзабыл, завертевшись, и не выяснил, чем для нее дело кончилось. Хотя и так ясно, что ничем хорошим. Нападение на НПС просто так с рук никому не сойдет.
— Проверим, — лениво ответил ей Костик и хрустнул печенькой.
— Опять это твое "проверим"! — возмутилась Олеся. — Я только и слышу от тебя: "проверим", "посмотрим", "послушаем", "понюхаем".
— Про "понюхаем" я не говорил, — зевнул Костик. — У нас тут запах специфический, он все перебивает.
— Это да, — признала Олеся. — Амбре имеется. Я еле дышу.
— Пашем в поте лица, — объяснил ей собеседник. — А трудовой пот имеет особенность пахнуть. О, привет, Киф!
— Здорово, — я пожал лапу Костика, а после облобызал ручку госпожи Верейской. — Я что, не ко времени?
