\endash надо отдать ей должное, ее план почти сработал: воровка хорошо сумела замести свои следы. Однако все-таки она их недооценила: хоть и не саму воровку, но ее укрытие они найти сумели. Вот только найти беглянку в самом Университете оказалось не так просто...
Наверное, отборные ищейки и поисковые маги Повелителя справились бы намного быстрее, но, во-первых, путь в этот мир на долгое время им был закрыт, а во-вторых, на следующее утро после пропажи кулона из спальни принца состоялся короткий, но довольно емкий разговор младшего наследника с отцом.
Кто передал Повелителю о краже, так и осталось неизвестным, но Руан мог поручиться, что никто из их шестерки этого нее делал. Слишком старой была их дружба, слишком хорошо он знал всех остальных: еще со времен Академии, когда еще никто не знал, кто перед ним - наследник древнейшего рода или сын простого воина, младший принц или крестьянский ребенок. Как и в Университете, в Академии высочайшим повелением были запрещены все титулы.
- Ведь судить надо не по красивым словам, не по приставкам и родовому имени, а по поступкам, - когда-то хмыкнул Владыка, подписывая указ.
Так и родилась когда-то их дружба, переросшее со временем во что-то большее. Любому из них он безоговорочно мог доверить свою спину и за любым из них не раздумывая шагнул бы хоть во Врата, ведущие в царство Мертвых.. Большая роскошь и большая редкость для их мира...
Так или иначе, но Повелитель едва ли не первый узнал о пропаже, и разговор состоялся. Тяжелый, трудный, всю суть которого можно было передать в нескольких словах: "Вы потеряли, вы и возвращайте". И что значил тот разговор, Руан до сих пор так определиться и не смог: то ли Владыка выказал величайшее доверие своему сыну, поверив, что тот сам сможет найти и покарать вора, то ли столь изощренным способом наказал: ведь артефакт в чужих руках был опасен для принца: стоило лишь разобраться в привязках, в магии крови.
И, похоже, их воровка разобралась с кровными плетениями намного быстрее, чем они ожидали. Потому как по-другому объяснить вспыхнувшую родовую печать и опутавшую сознание вязь подчинения мужчина не мог.
- Попался, целитель!... - прошептал где-то на краю сознания женский голос и зашелестел сухим, неприятным смехом. - Так глупо попался...
О да, глупее некуда - попасть под власть артефакта, который сам же и зачаровывал... Только вот самого кулона здесь не было - Руан его не чувствовал, - как и не было воровки, а в том, что это именно она смеялась недавно, мужчина даже не сомневался. Должно быть, спряталась в руинах, куда изначально лежал их путь, и теперь руководила оттуда. Разбуженному явно в спешке личу же досталась лишь крупица силы артефакта - иначе молодой мужчина давно бы потерял собственную волю, превратившись в бессознательную марионетку.
А значит у него есть шанс вырваться: хоть в его жилах и течет кровь правителей, но он все же не принц, на чью кровь настроен артефакт. Да и у осколка нет столько власти, как у самого кулона. Так что...
Руан осторожно попытался потянуться к подчиняющей вязи. Попытался прощупать ее, поддеть, распутать, снять оковы с себя. Вот только усилия его оказались тщетны: заключенной в осколке древней магии не хватило, чтобы оплести его душу и подчинить, но для подчинения тела
\endash оказалось достаточно. Лишь только пальцы чуть дрогнули на тальхе, едва заметно сжав всегда служившее ему верой и правдой оружие.
- А вот оружие тебе больше не за чем, - тут же насмешливо прошелестело в голове. - Брось его, целитель!
Сердце на секунду замерло, пропустив удар. Мужчина взметнулся, яростно забился. Рванулась, заревела внутри как раненый зверь магия, отозвалась поселившаяся под сердцем тьма Вир, и в какой-то момент ему показалось, что еще чуть-чуть, и оковы лопнут, не выдержав натиска, не выдержав ярости, но... Превратившийся в посох тальх выпал из ослабевшей руки, покатился по каменной мостовой и замер в нескольких шагах от них. Такой близкий и такой недоступный.
- Какая ирония, - вновь глумливо зашелестел голос воровки. - Тальх можно забрать у вас только после смерти, а ты же сам его выбросил. Впрочем, это упущение мы скоро исправим - жить тебе осталось недолго. Подойди!
- Руан! - стоило лишь ему сделать шаг, как его схватили за руку. Виррин?! Мужчине отчаянно захотелось зарычать на нее: он-то думал, что она более благоразумна и не сунется на площадь пред очи лича. Им стоило уйти, пока внимание умертвия и воровки было сосредоточенно на нем: вряд ли обе девушки хоть сколько-нибудь интересовали его визави. А, значит, у них был шанс затаиться где-нибудь в одном из разрушенных домов, а после выбраться.
Но Вир не только, не ушла, но и, более того, помешала воровке: тонкие пальцы, обвившие его запястье, внезапно родниковой прохладой приглушили горящую, словно свежее клеймо, родовую печать.
- Как интересно, - закрались в голову чужие мысли, наполненные женским насмешливым голосом. - По имени зовет. Кто она тебе? Очередная дурочка, очарованная тобой и твоей магией? Или, может, наш черствый целитель наконец-то в кого-то влюбился?
