Я оценила. А когда оценила, мысленно застонала: девушка умудрилась выбрать почти единственный ресторан, где женщинам не подавали мясо. Вообще. И рыбу. И мучное. Мол, ешьте, милые дамы, травы-фрукты, да запивайте зеленым чаем. А все потому, что в южном островном государстве Астарэн, кухней которого Силь и собиралась нас накормить, бытовала стойкая традиция, возведенная чуть ли не в ранг священной, что девушка должна быть хрупкой, нежной и стройной как тростинка. А мясо, считали астарэнцы, лишь огрубляет, поэтому есть его — только удел мужчин. Как это сочеталось с тем, что девушкам еще и рожать, я не знала, но, поскольку государство до сих пор жило, видимо как-то сочеталось.
Эту же традицию они перенесли в свои рестораны, которые открывали астарэнцы. И да, я понимала Силь: у них были действительно великолепные салаты, изысканные блюда из фруктов и овощей, но я не хотела жевать траву сейчас!
— Силь! — окликнула я девушку, которая, в отличие от неспешно идущих нас, уже успела добраться до уличного навеса заведения. — Я не…
— Не беспокойся, — перебила меня подруга и ободряюще улыбнулась, — я все устрою, и нам обязательно найдут места.
— Сельвиль! — вновь попыталась дозваться до подруги, но она только отмахнулась от меня. Ночь моя Хранительница, надо что-то срочно делать, иначе я рискую остаться голодной! И надолго — так быстро отсюда не уходят. Я вскинула было руку, собираясь зацепить нити и просто спеленать подругу, но… магии не оказалось. Привычное действие отозвалось гулкой неприятной пустотой внутри, на секунду заставившей меня растеряться. И этой секунды хватило, чтобы не подозревающая, что только что чуть не стала жертвой подлянки от подруги Силь поймала подавальщицу, как раз вынесшую для гостей, сидящих под уличным навесом заказ, и негромко что-то у нее спросила. Астарэнка внимательно выслушала, а затем, кивнув, повела девушку внутрь.
Все. Я, тихо застонав, уткнулась лбом в плечо Руана.
— Вир? — тут же отозвался мужчина, встревоженно взглянув на меня.
— Все хорошо, — отозвалась я, даже не обратив внимания, что меня позвали по имени без всяких "леди", "миледи" и "магистр". — Просто Силь вошла в заведение и приняла приглашение,
— пояснила я на вопросительный взгляд Руана.
— И? — осторожно уточнил он, явно не поняв, почему из этого надо делать трагедию.
— А значит уйти, не отведав их блюда, мы не можем. Иначе оскорбим их. А островитяне весьма мстительны и щепетильны.
— Тебе не нравится их кухня? — вновь попытался понять ход моих мыслей мужчина.
— Нравится. Временами, — вздохнула. — Ты никогда не ел у них?
Руан отрицательно качнул головой.
— И даже не слышал об их традициях?
— Нет, — помедлив, ответил он, — эти острова слишком далеко от того места, где я родился. Да и, честно говоря, я никогда не интересовался чужеземными кухнями.
— А где ты родился?
— Не в этой стране, — едва заметно улыбнулся мужчина. Ага, сейчас начнется, похоже, любимая игра "отделайся общими фразами". Плавали, знаем.
— В Намирии? — задала я напрямик вопрос.
— Возможно, — последовал чуть насмешливый ответ. И тут же едва заметная ухмылка исчезла с губ мужчины, и он серьезно на меня взглянул: — Что тебе это даст, Вир? Я ведь могу сказать и правду, а могу и соврать. И ты вряд ли это узнаешь. Так зачем тебе знать?
— А может я хочу узнать, принц ли ты, — полусерьезно-полушутя хмыкнула. В самом деле, а зачем мне? Какая, собственно, разница? Кроме удовлетворения чисто женского любопытства.
— Не принц, — последовал ответ. — Впрочем, и это же тоже может оказаться неправдой, и ты вряд ли узнаешь. Так что пойдем лучше есть, вон Сельвиль уже машет рукой.
Я скептично хмыкнула, но за мужчиной все же пошла. Тем более что живот вновь заурчал, настойчиво требуя, чтобы его накормили. И не салатиками, Свер бы их всех побрал! Нет, я не спорю, астарэнки, одна из представительниц которых только что убежала в ресторацию, выглядели великолепно: стройные, подтянутые, высокие, прекрасно сложенные. Да и мужскому глазу было у них на что посмотреть. Но вот не верилось мне почему-то, что это только фрукты, да овощи такие чудеса творят. Стоило лишь на них взглянуть, как мне прям как на наяву виделось, как островитянки, готовя, украдкой прячут в закромах кусочек-другой запеченного мяса или рыбы. А потом ночью, прокравшись тайком от мужа на кухню, поминутно воровато оглядываюсь, с упоением вгрызаются в него… Потому как, вот как можно добровольно отказаться от вот этих вот ребрышек? Да у меня от одного только запаха уже слюнки текут. А от вот того прекрасно прожаренного и весьма неплохо сдобренного специями кусочка мяса? Или от нежнейшей грудки, которая под ножом буквально распадается?
— Вир, — негромко позвал Руан, остановившись в паре шагов от входа, — я верно понял, что островитянки не едят мяса, поэтому и женщинам тут его не подают?
— Верно. И рыбу тоже, — отстраненно кивнула, с трудом отведя взгляд от очередного блюда. Никогда не думала, что когда-нибудь буду с таким вожделением рассматривать кусок мяса. Вот уж действительно, запретный плод сладок.
— А мужчины едят?
— Едят.
— А дети?
