Вечером, уже после ужина, у нас состоялся хоть и короткий, но чрезвычайно содержательный разговор. Из которого я узнала, что больше нежити в Университете не обнаружили, но защиту на всякий случай обновили, а кое-где и переплели заново. Что сразу же после того, как лорд перенес Тиля в лечебницу, на то место, где его нашли, отправили отряд из нескольких боевых магов и некроманта. Однако кроме старых следов падальщиков они отыскать ничего не сумели. Курганы были девственно чисты, как и местность вокруг. Что там понадобилось студенту, и кто на него напал выяснить, к сожалению, пока не представлялось возможным. Самого же виновника сегодняшнего переполоха пока погрузили стазис — как сказал лорд Ирритари, присутствовавший при нашей беседе, это был единственный способ сохранить ему жизнь и попробовать заживить раны, не убив.
И даже то, что вскоре мы почти полностью останемся без целителей, лорд-декан скрывать не стал. Указ императора был четок и ясен, так что целительский факультет почти в полном составе должен был отбыть через неделю. Вместе с Силь. Которую лорд де Сайра уговорил, раз уж вышла такая оказия, провести несколько факультативов об особенностях бытия магов при дворе.
Жизнь в Университете, несмотря ни на что, продолжалась.
День у меня не задался с самого утра.
Сначала я разбила, неудачно повернувшись, чашку с настоем, который заварила еще вчера вечером. И все бы ничего, но этот отвар я обещала сегодня отдать Риттарду, а ни времени, ни трав делать его заново у меня не было.
Когда же я, вооружившись тряпкой, полезла вытирать пол, засветился магический шар на столе. Так что перед госпожой Минарой я предстала с заткнутой за пояс юбкой, с закатанными рукавами, взлохмаченными волосами и с мокрой тряпкой в руках. И вести у нее были под стать моему виду — отвратительные: магистра Ирритари срочно вызвали в лечебницу и меня, как самую незанятую сегодня, поставили замещать его пару.
Пришлось срочно собираться и бегом нестись на огненный факультет: ведь именно у второкурсников-огневиков и должен был вести занятие магистр.
А уж о том, что мой день совсем не задался, я окончательно поняла, когда возвращаясь с пары и мечтая лишь о душе и кровати — у студентов, как на зло, была сегодня общая подготовка, так что мне пришлось бегать с ними, подгоняя отстающих и заодно вспоминая так давно забытые азы огненной магии — я услышала громкий, но с некоторыми нотами сомнения, оклик:
— Леди Виррин!
Так обычно зовут того, кого раньше не видели, но полагают, что это именно он.
Я остановилась, немного раздосадовано обернулась, чтобы встретиться взглядом с серо-зелеными глазами и… замереть. О да, пожалуй, что служанки были правы. Мужчина был… опасно-красив. Высокий, статный, с явно военной выправкой. С лежащими мягкой волной темными волосами, которые сейчас едва заметно трепал ветер. С жесткими, тяжелыми скулами, с кривящимися в едва заметной улыбке губами и с легкой небрежной щетиной на щеках, которая ему весьма шла.
Но даже не это заставило меня замереть, а тяжелый, пронзительный, цепкий взгляд. Вообще, мне нравились подобные мужчины. Властные, прекрасно знающие себе цену. Способные поставить себе цель и идти к ней, несмотря ни на что и вопреки всему. Не знающие слова "нет", привыкшие добиваться того, на что посягнули. Привыкшие приказывать и не считающиеся ни с чьим мнением. В том числе и с мнением той женщины, которой не повезло привлечь их внимание.
Из таких мужчин получались превосходные правители и мне действительно такие мужчины нравились. Но на отдалении. На очень большом отдалении.
— Баронесса Виррин Тиарэ Лисса де Наррей, — негромко произнес подошедший ко мне мужчина. Спокойно, твердо, нисколько не сомневаясь в своей правоте.
— С кем имею честь?.. — чуть резковато ответила. Ох, давно я не слышала своего полного родового имени, давно.
— Вейнар де Ансалар, герцог Ранейский, — склонил голову мужчина. Так вот почему мне его описание ни о чем не говорило: мой жених оказался южных кровей. И если своих соседей-северян я худо-бедно знала, то южные герцогства были покрыты для меня темной пеленой невежества. Что ж поделать, если родилась я девочкой. О какой политике и географии тут можно было говорить. Да и к тому же, к чему внебрачному ребенку знать герба и родословные, если все равно ничего особо выгодного не светит?
— Позвольте пригласить вас на прогулку, — озвучил довольно безобидную просьбу герцог, вот только поданная рука и интонации прямо-таки вопили о том, что возможность моего отказа он даже не рассматривал.
Я взглянула на его протянутую ладонь, перевела взгляд на спокойное лицо мужчины, на холодные глаза. Герцог явно ждал, что я, согласно правилам этикета, подам ему руку. Вот только в одном лорд просчитался — во мне давно уже было не так много от благородной леди, чтобы все эти предписания хоть что-то значили.
Но, впрочем, лорд, давайте все же попробуем сыграть по вашим правилам. Поэкспериментируем.
