– Тебя, кажется, очень интересуют дела этой девушки, Сейдж.
– Кто-то ударил ее. Мы оба знаем, что это не случайность.
– Она служанка, вникать в ее дела ниже твоего достоинства. Пусть люди ее круга заботятся о ней.
– Люди ее круга, вероятно, бьют ее.
Коннер отмахнулся от моего утверждения, дав пустое обещание во всем разобраться, а потом сказал:
– Забудь о служанке и подумай о себе. Вы знали, что принц был помолвлен?
Роден встрепенулся:
– Правда? А на ком?
– Не на ком, а с кем, Роден. Амаринда, принцесса Балтейна, с самого рождения предназначалась в жены принцу Дариусу. Она племянница короля Баймара, и союз между ее родом и родом Экберта необходим для дальнейшего мира в Картии. Обручение было идеей Экберта. Его жена, королева Эрин, была родом из небольшого пограничного городка на юге Картии и не принадлежала к высшему кругу. Ожидалось, что он выберет себе в жены девушку из одного из самых знатных родов, и когда он женился, был большой скандал. Даже сейчас немногие знают о ее жизни до брака. При всей своей слабости в защите государственных границ жену свою король защищал превосходно.
– От чего ее надо было защищать? – спросил Тобиас. – Кем она была прежде? Преступницей?
– Прикуси язык! – воскликнул Коннер. – Она была твоей королевой, Тобиас, и уважаемой женщиной, всегда. Единственное, что я хотел сказать, это что Экберт пытался избавить своего сына от подобных забот. Теперь Дариус убит, но обручение перейдет к принцу Джерону, если его найдут. Если один из вас получит корону, Амаринда станет его женой.
– Но ведь она помолвлена с Дариусом… – сказал Роден.
– Она предназначена для трона, а не для принца. Амаринда выйдет за того, кто станет королем.
– Выйдет? – Тобиас тихо рассмеялся, а за ним и мы с Роденом.
– Конечно, когда вы достигнете необходимого возраста, – сказал Коннер. – Когда придет время, она будет вашей.
– Как она выглядит? – спросил я. Коннер приподнял брови, а я добавил: – Сдается мне, у девушки, чье замужество обеспечено с рождения, нет особой необходимости заботиться о своем внешнем виде, в отличие от тех, кому необходимо привлечь мужское внимание.
– Вы увидите сами, – сказал Коннер. – Я пригласил ее на ужин в конце этой недели.
– Но если она нас увидит… – сказал Тобиас.
– Вы трое переоденетесь слугами, такими же, как остальные. Она принцесса и едва ли соизволит хоть раз взглянуть на вас. Но я хочу, чтобы вы ее увидели и получили представление о ее изысканности и стиле. Это поможет вам, когда один из вас взойдет на трон.
– Так как же она выглядит? – спросил Роден.
– Предоставлю вам судить самим. Но подозреваю, что она вам понравится и сделает ваше соперничество куда более интересным.
Роден и Тобиас оживились от перспективы увидеть ее, я же только откинулся на стуле. Коннер выбрал еще одну жертву для своей отвратительной игры, а принцесса никогда и не узнает об этом.
Когда в тот вечер мы вернулись в свою комнату, Роден тут же улегся в постель. Тобиас сел за стол с очередной книгой. Я лег на кровать и уставился в окно. Под подушкой у меня лежали катушка ниток, иголка и небольшие ножницы. После езды верхом у меня действительно порвалась рубашка, но я не собирался чинить ее. Я собирался, когда останусь один, пришить несколько карманов на подкладку своей одежды. На камзоле, который носил днем, был только один полезный карман снаружи. Мне нужно было спрятать кое-какие вещи и держать их при себе, там, где никто не мог бы найти их.
Удостоверившись, что принадлежности для шитья надежно спрятаны, я сел и уставился в окно у кровати. Я достал из кармана камзола гарлин, украденный у Коннера за обедом, и принялся рассеянно крутить его между костяшками пальцев. Когда монета оказывалась у мизинца, я большим пальцем отправлял ее обратно к указательному.
– Хороший трюк, – сказал Тобиас.
– Это помогает мне думать.
– О чем ты думаешь?
– Как сделать так, чтобы ты от меня отстал.
Тобиаса это не смутило.
– Когда в комнате горит свеча, за окном ничего не видно. На что ты там смотришь?
– Ни на что.
– И на уроках ты ведешь себя так же. Мечтаешь, что ли?
– Думаю о том, какой была бы моя жизнь, если бы я принимал другие решения.
Тобиас положил книгу на стол.
– Какие, например?
– Если бы остался с родителями.
– Стал бы пьяницей-музыкантом, как твой отец.
– Возможно. Но я не оказался бы здесь. – Я повернулся к нему. – А ты доволен тем, какой выбор сделал?
– Я никогда ничего не выбирал, – сказал Тобиас. – После того как мои родители умерли, мне велели жить с бабушкой, так я и сделал. После того как она умерла, мне велели отправляться в приют, так я и сделал. Потом мне велели идти с Коннером, и вот я здесь.
– И когда Коннер скажет, что тебе делать на троне, ты так же послушаешься.
– Нет! – Тобиас глубоко вздохнул, снова взял книгу, а затем проговорил, понизив голос: – У меня есть план. Я знаю, что буду делать, когда взойду на трон.
Я снова повернулся к окну.
– Надеюсь, это тебе поможет.
– Да-да. Я продумал каждую деталь. Хватит пялиться в окно!
– Какая тебе разница?
