Это несколько охладило Милин пыл. Она не ожидала такого резкого прощания — ей было показалось, что Тим и дальше станет развивать тему и строить глазки. Чуть-чуть разочарованная, она поплелась к себе в номер. В голове вновь червячками закопошились непрошеные мысли о Лике. И все-таки, есть у нее с Тимом что-нибудь или нет? Есть или нет?..
Она проворочалась на постели несколько часов, все больше и больше накручивая себя. Лишь незадолго до рассвета ее, наконец, сморил беспокойный недолгий сон.
Они все-таки упустили Тима. Сложно было проконтролировать все подъезжающие к бизнес-центру машины, да и точного времени его прибытия девчонки не знали. Интервью было анонсировано на двенадцать часов дня, но Тим, скорее всего, должен был явиться в офис радиостанции заблаговременно…
Без пяти двенадцать, бросив короткий раздраженный взгляд на свои наручные часики, Мила со злостью констатировала:
— По ходу, он уже внутри. Мы его прошляпили.
— Черт! — выругалась розоволосая Окси. Московские, петербургские и ярославские девчонки временно зарыли топор войны, объединенные общей целью и сейчас одинаково разочарованные.
— Что будем делать? — приуныла полненькая Ира. Мила решительно двинулась в сторону бизнес-центра, весь первый этаж которого занимали всевозможные рестораны, бары и кафешки.
— Вы как хотите, а я — в тепло, пожрать, — бросила она через плечо, обращаясь ко всем сразу. — Как минимум в ближайший час нам ловить здесь точно нечего.
Посовещавшись, девчонки двинулись за ней, как бы молчаливо признав в ней окончательного лидера. Ни питерская, ни ярославская президентши ничего даже не вякнули. Мила целеустремленно шагала вперед, разыскивая взглядом какую-нибудь не слишком шумную и не очень дорогую (помнила о финансовом положении подружек), но уютную кафешку. Выбор ее пал на весьма демократичный кафетерий "Пирожок с вишней" — практически столовую. Народу там в этот полуденный час было совсем мало: все работники центра и близлежащих офисов предпочитали в обеденный перерыв заведения посолиднее, с комплексными обедами и разнообразными бизнес-ланчами.
Девчонки набрали на подносы еды и устроились за столиком в углу.
— Ммм… — промычала Ира с полным ртом. — Вкуснотища! Котлеты прям как у моей бабушки!
Окси, взявшая себе лишь легкий салат и морс, с осуждением окинула взглядом плотную, тяжеловатую фигуру девушки, а затем с не меньшим осуждением оценила содержимое ее подноса: тут вам и наваристый украинский борщец со сметанкой, и оливьешечка, и пюре со сливочным маслом и котлетками, и сладкий пирожок… и компот!
— Ты сама скоро на котлету станешь похожа, Ирка, — язвительно кольнула она. — Твоим обедом вполне можно досыта накормить какую-нибудь небольшую голодающую страну.
Ира насупилась, но ничего не сказала. Мила сочла своим долгом вмешаться, хотя тоже в глубине души не одобряла подобную раблезианскую несдержанность:
— А можно без оскорблений? Нечего нос в чужие тарелки засовывать. Мы же пришли сюда не ссориться, а нормально пообщаться… обсудить сложившуюся ситуацию. Ну, с Тимом и этой самой… Ликой, — пояснила она, скривившись, точно съела дольку лимона.
В это время в кафетерий, запыхавшись, влетела одна из молоденьких подавальщиц, до этого куда-то отлучавшаяся.
— Девочки! — вскричала она, обращаясь к своим коллегам. — Включайте радио скорее! Вы даже не представляете себе, кто в прямом эфире у "Белых ночей"!
— Кто? — живо спросила кассирша.
— Тим Солнцев! — торжественно выпалила девушка.
Девчонки-фанатки переглянулись, но предпочли ничем не выдавать свою осведомленность и заинтересованность темой. А вот то, что сейчас включат радио — это прекрасно… это очень им на руку.
— Ох, представляете, этот красавчик сейчас наверху! Над нами! — простонала вторая подавальщица, которая стояла на раздаче напитков.
— Так и буду теперь всем рассказывать: мне посчастливилось побывать под самим Тимом Солнцевым, — плоско схохмила кассирша.
— Ой, хоть бы одним глазком на него взглянуть…
— Хрен ты чего увидишь, — вздохнула девушка, принесшая благую весть в кафетерий. — Там у офиса "Белых ночей" уже половина сотрудников этого здания ошивается… точнее — вся женская половина. Солнцева ждут. А внутрь, понятное дело, без пропуска никого не пускают.
— Зашел бы он к нам после эфира! — мечтательно протянула девушка, которая разливала супы по пузатым мискам.
— Окстись, — фыркнула ее коллега, в данный момент протирающая свободные столы. — Он в заведения, подобные нашим, и носа не кажет. Не по статусу!
Знала бы она, подумала Мила ехидно, как накануне на Невском проспекте "статусный" Тим Солнцев лопал шаверму!
— Представляете, девочки, — развеселилась кассирша, — заходит он такой сюда, берет подносик, подходит ко мне и говорит: "А пробейте мне, пожалуйста, куриный суп-лапшу и пельмешки!"
— Я бы ему сама пельменей налепила… — с придыханием произнесла первая подавальщица. Но в этот момент, наконец, кто-то поймал нужную волну, и все услышали голос знаменитого ведущего "Белых ночей" — Артура Шабанова.
— …О вас ходят слухи, как об одном из самых закрытых певцов российской поп-сцены. С чем это связано?
