И тут он увидел, в чем была причина волнения Волги — на берег высунулся огромный сом, пытающийся схватить Богшу или Настю, кто первый попадется на пути его воняющей тиной пасти. И пока старый ведун выманивал рыбину на светящийся посох, отвлекая ее от девочки, та готовила какой-то мощный наговор.
«Что же она творит! — тут же мелькнула у почтаря мысль. — Это же я взбаламутил реку, так что тварь водяного вполне в своем праве нападать на нас. А вот если ранить ее — метки Нави уже будет не избежать! Но почему Богша ее не остановит?»
Все еще не пришедший до конца в себя после встречи с богиней смерти Олег бросился к берегу. Ему хотелось сказать «стоп», еще раз обдумать все случившееся, но Приграничье — это такое место, где жизнь никогда не останавливается. С какой бы опасностью ты ни справился, каких бы высот ты ни добился — расслабишься, и тебя прибьет самый обычный злыдень или сожрет не менее обычный сом-переросток…
Некоторые считают, что ведьмы — это всегда ведьмы, а я считаю, что ведьмы — это, прежде всего, женщины. И однажды у меня была возможность в этом убедиться…
Олег увидел, как Богша обернулся к нему, и облегченно выдохнул. Старый ведун определенно все понимал и контролировал ситуацию.
— Начинай, — почтарь услышал, как тот обратился к Насте, и тут же молодая ведунья, держа в правой руке кинжал, а в левой пригоршню песчинок, начала читать наговор:
— Вода дает жизнь рыбам, песок же приносит им смерть. Обращаю песок против созданий Нави!
«Смерть?» — Олег насторожился от столь опасного слова, но уже ничего не мог поделать.
Песчаный берег реки зашевелился словно живой, раздалось шуршание трущихся друг об друга песчинок. В следующее мгновение маленькая ведунья воздела руки к небу, поднимая целую тучу сыпучей породы, а потом резко направила их вперед, посылая свое временное оружие прямо в сома.
В гигантскую рыбину ударила настоящая песчаная буря, забиваясь в глаза, пасть и жабры. Обозленный сом взмахнул хвостом, подняв брызги, и ретировался в спасительную волжскую воду, оценив риски и приняв единственно правильное для него решение.
«Ни единой раны», — облегченно выдохнул почтарь и позволил себе опуститься на землю. Все же силы еще не вернулись к нему, а с опасностями Приграничья они вроде как пока разобрались.
— Эх, жалко, нельзя было по нему бахнуть! — Настя грозно махнула кулаком и опустила руки. В тот же миг песок мгновенно упал обратно на берег, а девочка со старым ведуном поспешили к своему присевшему чуть в стороне товарищу.
— Вы сильно рисковали, — Олег наконец-то смог снова заставить свое горло издавать звуки. — Одна ранка на теле сома, и Настя бы получила метку Нави.
— Все нормально, ты просто сейчас слаб и не все замечаешь, — Богша увидел, что его ученик заговорил, и уже спокойно опустился на землю рядом с ним. — Это был старый сом, очень старый…
— Старый— значит, толстая шкура, что убережет от любых ран, и осторожность, что заставит отступить, не доводя до крайностей, — проговорил Олег. — Действительно, что-то я расслабился…
Почтарь поморщился и быстро пробежался взглядом по окрестностям, проверяя себя. Ветер влажный — это после устроенного им водного беспредела. В лесу тихо — по той же самой причине. Разве что на соседней сосне сидит белка, явно посланная лешим проверить, что же тут случилось. И… вроде бы больше ничего.
— После того, что с тобой только что чуть не сделали, ничего удивительного, — Богша поднял лежащий рядом с ним камешек, а потом, не вставая, запустил в белку-соглядатая. Опытный ведун тоже понял, кто это, и решил, что посторонние уши им рядом точно не нужны.
— А что это было? — Настя тоже дошла до Олега, но не стала садиться, а остановилась прямо перед ним, уперев руки в бока. — Темный наговор! Обращение к Моране! Как ты вообще решился на такое?! И как смог остаться человеком?..
Последний вопрос девочка задала уже гораздо тише, чем все остальные, а потом внимательно уставилась в глаза почтаря. Она словно проверяла, не мелькнет ли в них что-то белое и холодное. Но нет, они были привычно коричневыми, теплыми, как земля под летним солнцем.
— Ее метка… Помнишь, о ней говорили лихо и гамаюн? — Олег подумал, а потом решил ничего не скрывать от своей маленькой спутницы. Та хоть и любит нарушать приказы, но пока еще ни разу не дала повода усомниться в своей надежности. Кто-то на месте почтаря постарался бы оградить ребенка от возможной опасности, но тот, сам рано встав взрослым, просто не привык обращать внимание на возраст, а смотрел только на то, что собой представляет тот или иной человек.
— И ворон Велеса тоже говорил про отмеченного печатью… — вспомнила Настя, когда Олег начал свой рассказ.
