Искореженный абордажный бот занесло песком, он порос травой и мхом. Мощный фонарь помогал ориентироваться в темноте, и под его светом они орудовали саперными лопатками, стирая в кровь ладони. Сью уже проклинал себя за то, что не отложил эти манипуляции до завтра, но завтра они должны были быть у Вьюжного перевала, там в городке проходила одна из самых знаменитых ярмарок, так что…
— Если это не ствол курсового орудия — тогда пошло оно нахрен, Виньярд, я пас. Я задолбался! Я домой хочу! — раздраженно заявил Панкрат.
— Думаю, это оно… Обкопаем и выпилим.
Работая резаком, Виньярд вспоминал монтажные работы в безвоздушном пространстве Солнечной системы и то ли с радостью, то ли с грустью думал, что плазменные инструменты с тех пор практически не поменялись. Как не поменялись и саперные лопатки… Плавилась обшивка бота, горячие капли металла шипели и прожигали в земле глубокие дыры, гудела плазма, матерился, плюясь на руки Панкрат. Наконец, орудийный ствол был вырван из корпуса сбитого кораблика с мясом, и подвешен на магнитные зацепы. Полутораметровая хреновина ничуть не пострадала за эти десять лет. Еще бы! Металл, предназначенный выдерживать энергию лазерных выстрелов, вряд ли потревожит коррозия или ржавчина.
— Слушай, Виньярд, а нахрена тебе ствол от лазерного орудия? Объясни, а?
— Даже не проси, Панкрат. Если я тебе объясню — мне придется тебя убить. А это неприемлемо.
— Действительно — неприемлемо… — медвед покосился на руку парня, которая невзначай приблизилась к кобуре. — Поехали домой, а? Там небось и самовар остыл…
— А мы приедем и веточек подбросим… Этих, как его…
— Можжевеловых, — откликнулся Панкрат.
— Точно. А малиновое варенье у тебя есть?
— Имеется! — улыбнулся егерь и вдавил педаль газа.
Машину вела Раэнга. Это было странно — осознавать, что хрупкая девушка с отсталой Зумбы вполне профессионально управляется с огромным электрофургоном. Но Зумба была миром странным и неоднозначным, как, впрочем и любой мир, населенный людьми. Среди огромных пространств, охваченных варварством, дикостью, первобытной жестокостью и войной всех против всех на этой жаркой планете имелось место и для благодатных оазисов цивилизации. Гондэр, полуостров у самого северного полюса, довольно прохладный и плодородный, был одним из них. Именно оттуда прибыли на Ярр две подружки-мулатки. Говорили, что там долгое время существовал анклав выходцев с Порто Россо, вроде как какой-то преступный клан скрывался от мести. Перемешавшись с местными они и образовали государство Гондэр, а их потомки сумели наладить плантационное хозяйство, добычу полезных ископаемых и организовать боеспособную армию, что позволило развернуть торговлю с несколькими межпланетными корпорациями. А это обеспечило поставки современной техники и вооружения… Так что на самом деле ничего удивительного не происхидило: руки девушки уверенно сжимали руль, а черные глаза зорко всматривались в дорожное полотно.
Горы подступали, их дыхание ощущалось все отчетливее. Приходилось включать климат-контроль, кутаться в теплые вещи. Сью дремал на боковом диванчике, укрывшись подаренным кожаным плащом, пользуясь тем, что Хробак и Мартин резались с девчонками в какую-то сетевую игрушку на планшетах.
— Аргау! Сью, ты говорил — мы остановимся в Аргау! — проговорила Раэнга.
С сожалением Виньярд потянулся и сел на диванчике. В Аргау уже стартовала ярмарка, на которых жители поселков, городков и селений представляли свою продукцию. Особенно парня интересовали местные всепланетно знаменитые техники-кустари, которые собирали поистине удивительные вещи из всякого лома.
— Тут не протолкнуться! Придется останавливаться на окраине и идти пешком… — протянула Раэнга. — Неохота мне нос морозить. Найдем гостиницу — и я спрячусь под одеяло, и не пойду ни на какую ярмарку! По крайней мере, пока не высплюсь.
— Сью, мы ведь никуда не торопимся? Мы здесь задержимся? — уточнила Алиса.
— Задержимся. Необходимо сделать диагностику нашему Росинанту, отмотали уже больше тысячи километров. Да и мне тут нужно наведаться к парочке мужичков…
— Виньярд, я вот что пытаюсь понять — у тебя на каждой нашей остановке будет какая-то мутная отсебятина? Ты ведь что-то мутишь, верно? — заинтересовался Хробак. — Если тот тяжеленный сверток можно было и проигнорировать, то здоровенная бандура на крыше — это просто, скажем так, бросается в глаза! Ты ничего не хочешь нам сказать?
— Нет, не хочу, — Сью дождался, пока фургон остановится, сунул руки в карманы плаща, ноги — в кроссинговые ботинки, на которые пришлось сменить любимые кеды. — Пойдемте, а то гостиницу я выберу на свой вкус!
Алиса была тут как тут — в замшевых сапожках, изящной бекеше и симпатичной вязанной шапочке.
— Я с тобой! — сказала она. — И шапку надень.
— Не-а, — сказал Сью. — Теплолюбивой розе с Талейрана никогда не понять морозоустойчивого парня с Антарктиды. Сколько там за бортом? Минус три? Хо-хо!
Но плащ застегнул.
