— Но что же теперь? — спросил Фитцджеральд. — Мертвый гаденыш так и будет пугать всех, кто менее отважен, чем мы и герцог. А на праздник обнаглеет и прикинется кем-нибудь таким, что все бабы заплачут и разбегутся.
— Гной-гантой, — предположил Обри.
— Точно! Ну, и что нам делать?
Шрам почесал в затылке и изрек:
— Давайте его поймаем.
— Ха-ха. Как, тьма сожри? Духа можно покорить, только если добыть кость из его скелета. Или хотя бы прийти на место смерти и назвать имя. А этот подлец вечно прикидывается кем-то другим! Мы без понятия, кто он.
— Что, кстати, странно. Обычно-то призраки хотят, чтобы их знали…
— Вот именно! А этот пройдоха устроил маскарад. Как мы его поймаем?
— Не знаю, — сказал Шрам. — Но в этом и соль. Мы не знаем — никто не знает. Такого подарка владычице не сделает никто.
Троица переглянулась. Ладно, Минерва — пускай придворные перед нею лебезят, иксам это без надобности. Но утереть нос всем вельможам, которые прибегут с подарками!.. Сделать такой дар, что целое герцогство ахнет!..
— Как говорит лорд Роберт, ага.
— Еще какое ага! Поймаем гада!
Невозможно призвать неизвестного призрака. К счастью, молва описывала несколько известных. Распухшая Дама; Тот Кто Воет; Моррей Летописец, а также король призраков — Одар Спесивый.
— Опросим их, авось что-то знают!
— А с кого начнем?
Хорошо было бы обратиться к агатовцу. Но герцог Одар внушал робость даже отважным иксам, потому решили начать с другого Ориджина — Моррея Летописца. На закате дня трое кайров вошли в городскую библиотеку, звеня мечами и кинжалами. Моррей — Ориджин, хоть и летописец; нехорошо являться к нему без оружия.
— По какому делу, господа?.. — уставился на них служитель библиотеки.
— Желаем ознакомиться, — Шрам оскалил железный зуб, — с литературой.
— Но мы уже закрываемся!
— Вот и славно, нам не будут мешать. — Потомок пиратов вынул ключ из руки библиотекаря. — Ступай домой, сынок.
— П-под вашу ответственность…
Служитель смылся, иксы заперли дверь и принялись за дело. Разыскали две нужные книги, выбрали стол у окна, поставили свечу. Обри, главный мистик среди кайров, дал пояснения. Лорд Моррей Ориджин, прозванный Длиннобородым, посвятил жизнь ведению летописи Полариса. Он не питал надежд, что кто-то еще из Ориджинов захочет описывать историю, а не творить ее, потому после смерти остался в библиотеке, дабы продолжать свое дело. К счастью, он трудился в городской читальне, а не в замковой — иначе пострадал бы этой зимой от Перстов Вильгельма. Говорят, после кончины Моррей написал сорок восемь книг и отрастил бороду длиной в шестнадцать футов. Впрочем, свой самый известный труд Длиннобородый создал еще при жизни — вот этот: «Ошибки полководцев владыки».
Шрам раскрыл фолиант, но Обри подсунул ему другой:
— Моррей не появляется, когда люди читают его собственную книгу. Он думает, это обычное дело. Но если кто-то берет с полки «Историю всех северных земель» монаха Гоблета из Закатного Берега — наш Моррей тут как тут. Отпугивает людей, чтоб не читали чушь.
Они положили «Историю» возле свечи и открыли ставни, дабы появился ветер. Вместе со ставнями открылась и неприятная правда: полнолуние окончилось, на краешке луны появилась щербинка. Фитцджеральд задернул шторой дефект луны.
— Что теперь? Свечу зажечь?
— И руки в круг.
— Как бабы…
Поставили ладони, зажгли огонек. Обри начал на правах мистика:
— Гм-гм… Лорд Моррей Ориджин, известный также как Длиннобородый и Летописец, мы к вам пришли по боевому заданию. Некий призрак творит бесчинство…
— Чины назови, — буркнул Шрам. Обри назвал имена, чины и звания всех троих, затем обрисовал ситуацию с призраком-негодяем.
— Как видите, милорд, он вредит моральному духу гарнизона и безопасности в целом. Просим вашего совета по отлову лазутчика из мира мертвых.
Наступила тишина. Иксы прислушались к ветру. Тот, шельмец, налетел абсолютно бесшумно — и с первого порыва погасил свечу.
— Тьфу, тьма! Что делать?
— Быстро зажги назад. Вдруг он не заметил…
Зажгли, поставили руки плотнее.
— Лорд Моррей, мы просим не от себя, а по долгу службы. Сестра и мать герцога Эрвина, а также владычица пострадали от этого призрака. Помогите поймать его!
Ветер снова не издал ни звука, зато отбросил штору, обнажив неполную луну.
Шрам погладил «Историю всех северных земель»:
— Лорд Моррей, если вы нам не дадите совета, мы начнем искать его в этой книге.
Ветер издал короткий свист. Весьма насмешливый, надо заметить.
— Милорд, мы вас предупреждали.
Шрам стал читать книгу вслух. Злокозненный призрак не отзывался, только заставил дворовую собаку громко звенеть миской. Шрам упорно прочел всю первую страницу. Автор нахваливал закатный народ. Нет людей более гордых и свободолюбивых, чем бывшие рабы, сбросившие цепи. Они узнали подлинную цену свободы и больше никогда не наденут ярмо…
— Чушь какая-то, — не вытерпел Фитцджеральд.
Ветер подул так прицельно, будто плюнул на свечу. Она, само собой, погасла.
Обри вздохнул:
— Дела не будет. Заметил он, что полнолуние кончилось.
