Дальнейшее можно уже не считать выбором, поскольку там молодость, гормоны, любовь-морковь и все такое, выбора практически никому из них не оставившие, но! В каждом из предыдущих звеньев цепи, а их мы на двоих насчитали ровно пять, выбор у них был. И стоило любому из героев этой истории всего лишь в одном единственном случае, любом, сделать другой выбор и никогда на свете не появился бы один конкретный человек – их дочь. Да, возможно, у каждого из них еще были бы дети, но вот конкретно этот человек, который получился в результате их соединения, не появился бы никогда.
– А вот теперь ответь мне. Егор, что это было – судьба, фатум, предопределение или просто набор случайностей?
Егор крепко задумался и, наконец, ответил:
– Я думаю, случайность. Ведь, если бы этот ребенок никогда не родился, никто бы и не знал, что он мог бы родиться, прими его родители в каком-то пункте иное решение. А все остальное – это подстраивание фактов и догадок под готовый результат.
– Логично, – подмигнула Ольга. – Тогда другой вопрос: А мог бы не родиться тот, кто уже родился?
– Мне кажется, это уже софистика, – хмыкнул Егор.
– Хорошо, – не стала спорить Ольга, – пусть так. Так что же у нас там, в сухом остатке?
– Узловые моменты.
– Верно. Предопределения нет, нет судьбы, но в жизни каждого человека могут быть некие узловые моменты, в которые он, сам того не подозревая, меняет, как показывает мой пример, не только свою личную судьбу, но судьбу, как минимум, еще одного человека, а так же вопрос бытия или небытия третьего человека.
– И много таких моментов?
– Много, очень много, вся жизнь ими заполнена. Конечно, не все они равноценны. Есть очень важные узлы, а есть почти пустяковые.
– Как понять, какие важные, а какие – нет?
Ольга ничего не ответила, лишь вздохнула и отправила в рот очередной кусочек цыпленка.
Они какое-то время сидели молча, наслаждаясь искусством повара, пока Ольга не толкнула Егора в бок локтем. Тот от неожиданности вздрогнул, настолько глубоко он погрузился в свои мысли.
– А? Ты чего?
– Чего, чего… давай уже, спрашивай. Вижу же, что назрел у тебя следующий вопрос.
– Ах, да! – словно очнулся Егор. – Что там с душой?
– А что с ней? – удивилась Ольга. Ну, или сделала вид, что удивилась. Уж больно хитро прищурились ее озорные глаза.
– Э-э-э-э…, она есть?
– Душа?
– Да.
– Ответ положительный.
– И что она такое?
Ольга задумчиво поковырялась вилкой в тарелке и, как бы выдавливая из себя слова, неуверенно ответила:
– Это энергия жизни. Индивидуальная энергия жизни каждого живого существа.
– Каждого? То есть, не только человека?
– Каждого. Но, видишь ли, душа – это не просто вид энергии, вроде электричества. Поэтому, собственно, термин "энергия" неверный, просто наиболее близкий по смыслу. И еще. Душа существует сразу во всех возможных мирах одновременно. Именно поэтому мы может в них бывать и жить там.
– Именно… что?
– Ну, – Ольга опять поковыряла вилкой в тарелке, – если чьей-то души нет в каком-то мире, то он никаким образом не сможет туда попасть. Сооруди ты хоть какие матрицы сознания или как ты называешь эти штуки по переносу памяти от одного разумного к другому, всё это будет бесполезно.
– Хм. Это очень интересно, – заявил Егор, подумал. – Есть предчувствие, что эти сведения мне пригодятся. Правда, пока не знаю, как.
И снова только тихий перезвон вилок и ножей.
– А откуда берутся души? – задал он следующий вопрос.
– Извини, но я не знаю, – виновато улыбнулась Ольга. – Может, их создает Бог, может, это его отпавшие частицы, может, они просто были всегда. А может, общая энергия души преображается в индивидуальную душу одновременно с энергией жизни.
И она выразительно пожала плечами.
– Говоря "Бог", ты имеешь в виду Творца всего, Сущего, у которого нет имени?
– Да, хотя люди используют разные имена для Него, но в действительности у Бога нет имени. Зачем оно Ему? Ведь имена нужны, чтобы отличать разумных существ друг от друга, а Ему нет подобного, Он один такой.
– А какой Он?
– А сложнее вопросов нет? А то этот уж больно простой. Даже не знаю, как на него и ответить. Пожалуй, отвечу так: Бог – это никто и ничто из того, что мы в состоянии представить или предположить. Устраивает такой ответ?
– Не-а.
– Опять извини, но другого ответа у меня нет.
– Ну, тогда, – Егор задумался, – может, поцелуемся?
– Ох, уговорил наивную девчонку, языкастый! – засмеялась девушка.
Когда они всласть нацеловались, Егор спросил опять:
– Так я прав в том, что задумал?
– Ты всегда прав, любимый. Ты творишь эту реальность так, как тебе угодно. И то, что ты делаешь, всегда правильно.
– Почему?
– Потому что ты один и есть вся эта реальность, – загадочно ответила она.
1945 год, СССР.
Сто девяносто шесть человек собрались на подмосковном полигоне, весь подъезд к которому был заставлен правительственными автомобилями и авто попроще. Здесь были и шедевры отечественного автопрома от ЗИС-110 до ГАЗ-61, а также многочисленные трофейные "Опели", "Хорьхи", "Вандереры", "Мерседесы" и "БМВ". А весь огромный периметр полигона был оцеплен в несколько рядов солдатами войск НКВД.
