Он покрутил головой, стараясь понять не появлялась ли в городе гигантская злобная тварь, в осколке с которой он жил последний десяток лет. По всему выходило, что нет. Иначе мусор на улицах был бы кровоточащий и дурно пахнущий.
Кан втянул носом воздух, при этом родился звук похожий на старт турбины, снова осмотрелся и принял решение.
— Господин Ти, похоже, околачивает х… ладно, пусть будет хвостом, груши, раз до сих пор не добрался до города, — пробормотал Кан.
Он довольно крякнул, подтянул сползшие штаны — ремень был благополучно утерян где-то в последнем осколке — и зашагал в город. Направление к центру он легко узнал из покосившейся металлической таблички.
К огромному удивлению Кана, в центре Буале бурлила жизнь. Ему пришлось спрятаться за мусорный бак, выкаченный кем-то из проулка, да так и брошенный, почти посередине улицы.
Сидя за импровизированным укрытием, он наблюдал, как небольшие вооруженные отряды людей, короткими перебежками перемещались от одной дохлой системной твари к другой. Затем кто-то наклонялся, вскрывал монстру грудину и забирал лут.
— Местные подонки уже просекли фишку, ублюдки, — недовольно бормотал Кан.
Он привык разговаривать сам с собой, ведь много лет его слова никто не мог разобрать. Господин Ти не был разумным, ему что слова, что громкие газы — одна хрень.
Для Кана было странно видеть организованные действия аборигенов. Похоже, местные неплохо сориентировались после прихода Системы. Как правило, в первые дни новый мир погружался в хаос. Его устраивали сами аборигены безо всякого участия Господина Ти.
При мыслях о Системе, Кан грязно выругался на родном языке и продолжил следить за происходящим.
Раз Господин Ти ещё не почтил своим вниманием город, значит у Кана есть время выпотрошить всё полезное, до чего он сможет дотянуться и быстро скрыться за границей жилой зоны. Совсем скоро Господину Ти надоест лакомиться местной фауной, и он нагрянет сюда. А к его приходу не так-то просто адаптироваться. Это тебе не стрёмная недоразвитая Система — это террор в самом примитивном его проявлении. Это кровь, кишки, и… разорванные на мелкие кусочки тысячи разумных. Так что, Кану стоило поспешить. Совсем скоро тут будет нечем поживиться.
Кан дождался, когда вооруженный отряд дойдет до перекрестка с соседним проулком и углубится туда, поглощенный сбором лута. Ха! Пусть собирают, пока могут. Конец будет один — все сдохнут!
Из подслушанного разговора между членами отряда Кан выяснил, что их предводитель засел в большом доме на площади в самом центре. Туда он и отправился.
К недоумению многих знакомых с Системой, Кан был развит очень нестандартно. Низкий рост, смышленая голова, наконец, явная склонность к инженерному делу, казалось бы, должны были однозначно определить набор навыков и умений. Но Кан был ребенком своего народа. А гномы не привыкли делать так, как им говорят.
Когда в мир Кана пришла Система, многие решили, что они лучше других, что никто им не указ, и стали совершенствоваться кто во что горазд. Это их и погубило. Творчество против Системы — результат предсказуем. Но Кан выжил. Ему пришлось скрываться. Многие годы он странствовал из одного осколка в другой, искал возможность выжить — последний Ренегат Системы из мира Н’Дале.
За эти годы Кан обрел столько разношерстных навыков, что уже и сам забыл, кем предполагал стать в начале. Класс — инженер. Это понятно. Но прокаченные лингвистические способности, продвинутый навык скрытности — Кан буквально мог становиться невидимым на короткое время — это всё из другой оперы. Как, впрочем, и ещё ряд неординарных умений.
«Большой дом в центре» оказался обыкновенной двухэтажной халупой. Обмазанные не то глиной, не то птичьим помётом стены, мутные маленькие окна, зачем-то утыканная разноцветными бутылками одна из стен первого этажа.
Кан рассматривал «объект» издалека, планируя проникновение. На бутылочной стене он задержал взгляд и неожиданно довольно кивнул.
— Ладно, не все эти ублюдки тупые. Кто-то родился с половиной мозга. Даже додумался соорудить кондиционер, способный работать без электричества.
Но это ничего не меняло. План Кана был прост: если кто-то захватил власть и отправляет отряды убивать тварей и собирать лут, значит этот кто-то — местный царь. А где самая жирная добыча? Верно — в царском дворце. Так себе дворец, но за неимением лучшего… После прихода Господина Ти и такого не останется. Значит надо успеть забрать всё, что успел добыть новоиспеченый царёк и свалить.
Никаких угрызений совести Кан не испытывал. Грабить того, кто всё равно скоро сдохнет — эта модель поведения легко вписывалась в представления Кана о морали и этике. Мертвым ничего не нужно.
Так что, минимальная разведка ситуации и — вперед, на дело!
