Серой молнией сорвался с места медоед и скрылся в темноте коридора. Смогла Таха объяснить ему задачу или нет, но теперь он решил действовать сам.
Через несколько секунд медоед вернулся, а по коридору разнесся отвратительный запах испражнений.
Черт! Совсем забыл, что медоеды, подобно скунсам, могут исторгать вонючий секрет для отпугивания противника. Что ж, природа взяла своё, и наш баджара просто пытался защитить нас всеми доступными ему способами.
Через минуту грохот раздавался уже совсем близко, в нашем коридоре, а от вони щипало глаза. Но и мы не сидели без дела.
Я установил щит в боевое положение, раскидал чеснок, проверил боеспособность автомата и повторно взвел арбалет.
Первый выстрел был сделан в окно. Таха нагинатой выбила остатки стекла, убрала осколки, готовя путь для отступления, если потребуется. Двери в кабинет я закрыл, иначе из темноты мы, в светлом пятне, будем, как на ладони. Но позицию мы выбрали так, чтобы можно было быстро ретироваться.
Медоед всё это время стоял изваянием в коридоре.
Звуки лязгающих шагов замедлились. Кто-то остановился. Сквозь тьму, едва рассеиваемую аварийным освещением, проступил силуэт. Гигантский, широкоплечий, он едва вмещался в проем коридора.
Первая реакция была неосознанной. Я шагнул вперед и закрыл собой Таху. Так же я бы поступил будь рядом Ленка. Отцовский инстинкт.
Затем поднял автомат, прицелился в голову. Проблема в том, что головы у этой штуковины не было.
Мне показалось, что громадина заполняет собой всё свободное место, и ей тесно. Будто бы монстр скрючился, уперся загривком в потолок, нагнувшись вперед, чтобы выяснить, чем тут можно поживиться. При этом, как ни странно, контур был до боли знакомый.
Медоед дождался, когда враг приблизится, вздыбил шерсть и чуть бочком, как готовящаяся к нападению кошка, пошел в атаку. Странно, что сейчас он действовал не как обычно. Решил сменить тактику? Вместо безумного нападения камикадзе стиль разъяренной кошки.
— Эй! Есть, кто живой⁈
Этот мальчишеский голос, принадлежащий мужику за сорок, я узнал мгновенно. И от сердца отлегло.
— Антон! Мать твою! Ты?
— Смотря кто спрашивает, — чуть неуверенно ответили из темноты.
Судя по всему, моего голоса он не узнал.
Медоед, уже почти исчез в темноте. Может быть, он понимал, что в сумраке его сложно разглядеть из-за окраски, а может прекрасно знал о несовершенстве человеческого зрения.
— Стой! — заорал я. — Баджара, стой!
Таха выглянула из-за меня, быстро сориентировавшись в ситуации, встала рядом, испуганно вглядываясь в темноту.
— Так кто там? И чего здесь так воняет⁈
Если Антон до сих пор говорил, значит наш баджара передумал нападать. В противном случае оператор скелетоника уже харкал бы кровью и пускал пузыри.
— Это Матвей! Матвей Иванов!
— Фантом? Ты что ли⁈
Сердце учащенно забилось от радости. Черт! Я не ожидал встретить техников из мастерских. Хотя, надо полагать, что они как раз самые первые могли добраться до оборудования. Соорудить защиту, имея инструмент, проще простого. А когда в твоем арсенале скелетоник…
Честно признаюсь, я обрадовался.
Медоед вернулся, так же тихо, как уходил. Обошел Таху, и устроился у стенки позади неё. При этом, он ни на секунду не расслабился. Я видел, как он напряженно вглядывается в темноту.
Я, конечно, не видел Антона, но узнал его голос. Обращенным в зомби он быть не мог — мертвяки не говорят. К тому же, у него был скелетоник.
— Это свои? — неуверенно спросила Таха.
— Свои это! Свои!
— Ты там не один, что ли? — раздалось из коридора. — Если что, не стреляйте, я подхожу. Я в экзоскелете, так что не очкуйте.
Я улыбался. Кажется, за все эти дни мне не доводилось улыбаться сильнее. Я представил Антона в скелетонике. Невысокий, лысеющий, с первыми признаками пивного животика. Обычно суетливый с постоянно бегающим взглядом. В общем, свой, знакомый.
По бетонному полу зашаркали тяжелые шаги. Я и сейчас слышал, что одну ногу подволакивает, а какое-то из сочленений заедает. Скорее всего на руке. Чего они так запустили технику?
Антон подошел почти вплотную, и я увидел, что весь экзоскелет был основательно потрепан. Да, он явно сражался, и выиграл не один бой.
— Ба, и вправду, Фантом! — завопил Антон, разглядев меня. — А это что за принцесса с тобой?
Антон сощурился, рассматривая Таху. Пристально рассматривая. Где-то глубоко в сердце кольнуло, но ведь ничего странного не случилось? Антон увидел незнакомого человека и просто интересуется, кто это.
— Таха, — ответил я. — Она местная.
— Ага, — чуть с заминкой ответил Антон, высвободил правую руку из ремней и почесал затылок. — Отлично! — сделал он неожиданный вывод. — Добро пожаловать на станцию! Рад видеть вас в рядах выживших!
Мне хотелось о многом расспросить, многое рассказать. Техники неплохо общались с нами — космонавтами, особенно теми, кто так же, как и они занимался механизмами на платформе. Они здесь, мы в космосе. Большинство хорошо знали моих коллег по станции: Колю, Абая, Юн. Я понял, что теперь мне есть с кем поделиться, рассказать о судьбе несчастных.
Но не прямо сейчас. Позже.
