- Как вы заметили, сегодня присутствуют не все, - спокойно начал генерал Стрельников. - Дело чрезвычайной важности, и нам необходимо принять срочные меры. Младший лейтенант Иванова в течение двух суток не выходила на связь, игнорируя звонки из штаба. Вчера вечером звонила доктор Лета, доложила, что младший лейтенант Иванова потеряла объективность и не может продолжать операцию. Однако на приказ немедленно возвращаться в штаб ответила отказом. Сейчас её мобильный не отвечает. Есть вероятность, что она нас предала.
- Этого не может быть, - нервно усмехнулась директор Князева. - Я лично отобрала её для этого задания. Она лучшая и не может оказаться отступницей!
- София Павловна, - вмешался лейтенант Бобров. - Младший лейтенант Иванова может находиться под воздействием гипноза. Никто не знает, что там произошло - операция началась раньше срока, и проконтролировать её течение не было возможности.
- Бобров прав, - поддержал генерал Стрельников, - именно поэтому необходимо отправиться в Полимию, собрать группу и доставить в штаб и объект, и младшего лейтенанта Иванову. Разберёмся на месте. Силу применять лишь по необходимости.
Стас Бобров кивнул, дождался разрешения уйти и отправился выполнять поручение. София сидела на месте и грустными глазами рассматривала мелкие морщинки на руках, которые с каждым годом становились всё глубже. Она не могла смириться с тем, что одна из лучших бойцов, та, которой доверили столь важную миссию, могла её провалить. Однако факты говорили за себя, оставалось выяснить лишь детали, и здесь директор искренне надеялась, что младший лейтенант Иванова находится под внушением, ведь в противном случае - за предательство - её ждала смертная казнь.
- Генерал, вы позволите мне лично поговорить с Ивановой?
- Возражений не имею. Однако рекомендую вам не выходить на связь с ней до особого распоряжения.
- Особого распоряжения? Что вы имеете в виду? - насторожилась София.
- Директор, вы прекрасно понимаете, о чём я говорю. Если Иванова окажет сопротивление и станет скрываться от "Скип", в ход пойдут все средства, чтобы задержать её и объект. Вам она доверяет, так что может выйти на связь. Именно поэтому я вам настоятельно рекомендую не нарушать моих приказаний и строго следовать инструкциям лейтенанта Боброва. Если вы посодействуете провалу его операции, то сами попадёте в чёрный список.
София устало вздохнула, медленно поднялась со стула и, дойдя до двери, холодно отозвалась:
- Не стоит угрожать мне, Владимир Илларионович. Мы все здесь сидим на пороховой бочке, так что пугать смертью - бессмысленно.
Третье свидание началось с напряжённого молчания. Лена пыталась улыбаться, быть счастливой, но что-то упорно ей в этом мешало. Её крайне нервировало то, что они до сих пор оставались в Полимии, в том самом городе, в котором "Скип" должна была произвести захват. Оставаться здесь было небезопасно, и Лена понимала, что ситуация вышла из-под контроля в тот самый момент, как мобильник оказался в урне для мусора. Однако больше этого её нервировало только спокойствие Алефа, который и не подумал выпытывать так пугающие её подробности, словно обо всём знал, словно его это вовсе не заботило, словно он находился в иной реальности. Впрочем, так оно и было: он жил в своём, обособленном, мире, в который могли проникнуть только те, кому он лично передаст ключи. Его не заботили чужие проблемы, чужие амбиции, чужие планы, даже касающиеся его самого, он был абсолютно уверен в своей неприкосновенности и сохранял хладнокровие.
Этого знать Лена, конечно, не могла, могла только предполагать, и она ясно видела, как её спутник, ничем не встревоженный, спокойно идёт по аллее, так ни разу и не коснувшись её руки. Она чувствовала мощь, исходящую от него, представляла масштаб его возможностей и, холодея от ужаса, не понимала, почему он до сих пор не захватил власть, не установил господство... Возможно, ему просто это не интересно.
