Они молча наблюдали в окно, как машина подъехала к дому и остановилась у крыльца. Фарги вышел из салона. Брай не мог не признать, что выглядит он отлично, в серебристых брюках и голубой футболке, подчёркивавших стройность и силу его тела. Куда уж бедняге Джонни до него… Заметив его руках букет роз, Джерри усмехнулся:
— Ясно! Похоже Фархад ещё не видел свою Ширин. Пойду узнаю, может, свидание назначено в Космополисе, тогда и я на своё не опоздаю…
Он вышел в гостиную, а Брай с мрачным видом остановился в дверях, подпирая косяк и глядя на вошедшего Фарги. Тот его не заметил. Он подошёл к Джонни и коснулся его плеча:
— На старт, малыш! Дина согласна с тобой встретиться, но на сей раз уж прошу, не подкачай!
Джон вздрогнул и недоверчиво взглянул на него.
— Шутишь?
— Такими вещами не шутят, верно? И цветы не забудь.
Он присел напротив Джонни на журнальный столик и положил рядом розы. Тот поднялся, радостно что-то бормоча, но Фарги с царственной улыбкой покачал головой.
— Не надо. Я только попытался убедить её, что ты вовсе не невежда, и что внутри у тебя больше ценного, чем снаружи. Удачи, малыш!
Джонни схватил цветы и бросился к двери.
— Эй! — завопил Джерри. — В Космополис? Подбросишь?
— Давай, быстрее только! — крикнул Джонни и выскочил на крыльцо. Уже спустя несколько мгновений на улице взревел мотор и, судя по проклятиям, Джерри едва успел втиснуться в салон.
По-прежнему не замечая Брая, Фарги поднялся и пошёл к себе наверх. В его движениях не было привычной лёгкости, словно он нёс на плечах непомерную тяжесть. Тревожно глядя на него, Брай вышел на середину гостиной и какое-то время нерешительно смотрел на дверь мансарды, которую Фарги оставил открытой, и через несколько минут услышал звук, который нельзя спутать ни с чем. Звук медленно рвущейся бумаги. Мгновенно взлетев наверх, Брай вошёл в мансарду и увидел, что Фарги сидит на койке и рвёт в мелкие клочки белые листы, на которых углём нарисовано одно и то же лицо. Дина…
— Что-то случилось? — осторожно спросил он, подходя.
— Ты здесь? — Фарги посмотрел на него и снова вернулся к своему занятию. — Нет, ничего. Всё отлично.
— Вы что, поссорились с Диной?
— Так, немного… Ей не понравились рубаи, которые я ей прочитал.
— Рубаи?
— Да. Не Хайям и не Рудаки… Так, народный фольклор.
— Что за рубаи? — нахмурился Брай.
— Ты не крась ладошки хной,
Не ухаживай за мной.
Не раскуривай кальяна.-
Обожжешься, цветик мой!
— Ты прочитал это девушке?
— Да, и она всё правильно поняла. Она — умница. Только, кажется, обиделась.
— Да ты рехнулся, парень! — воскликнул Брай. — Говорить такое девчонке! А если она тебя любит?
— Нет, — одними губами улыбнулся он. — Она пока нет.
— А ты? — упавшим голосом спросил Брай.
— В том-то и дело… — Фарги швырнул обрывки рисунка на пол и, встав, прошёлся по комнате. — В том-то и дело, милый мой. Не могу я позволить себе такую роскошь, как портить жизнь людям, которых люблю. Не могу дать засохнуть Джонни. Не могу испортить жизнь Дине. Вместе им будет лучше, я это знаю…
— Знаешь? — переспросил Брай, внезапно почувствовав злость. — Ты всё знаешь! Да кто ты такой, чтоб решать, что нужно людям, которые тебя окружают? Кто дал тебе право решать всё за других? Ты что, бог? Ясновидящий? Может, именно ты и нужен ей! А Джонни перемается! Влюбляться, говорят, полезно…
— Не так! — перебил его Фарги. — Влюбляться полезно, когда это легко и приятно, а когда сердце стонет и обливается кровавыми слезами — это не влюбленность, это любовь. Которая иногда убивает. Или ты думаешь, что если Джонни — нелепый мальчик, которым помыкают все, кому не лень, он не способен на такие чувства?
— Я этого не сказал.
— Но подумал. Я же вижу, что с ним, — Фарги устало огляделся по сторонам. — Это серьёзно. Очень. Может, на всю жизнь. А Дине как раз такая любовь и нужна. Ей нужен дом, семья, стабильность. Ей нужен вот такой — верный и преданный до гроба Джонни. А не я, бродяга, который сегодня здесь, а завтра бог весть где, если вообще жив. Я играю по другим, порой слишком жестоким правилам.
— Мы все играем по ним, — произнёс Брай.- Любого из нас в любой момент могут сорвать с места и закинуть на другой конец Галактики. Все жёны инспекторов знают это и…
— Я — агнец на заклание, — тихо прошептал Фарги, опустив голову, — в условия моей игры входит возможность приказа умереть.
— Да что ты несёшь, чёрт возьми! — воскликнул Брай.
Фарги поднял на него глаза, и Брай навсегда запомнил этот тоскующий, полный боли и отчаяния взгляд.
— Не трави мне душу… Я хочу быть с ней. Хочу. Хочу. Хочу! Но не на всё, что я хочу, я имею право. Я надеюсь, что они будут счастливы, а мне, сколько отпустит лет судьба, хватит и их счастья. А теперь уйди… Мне нужно побыть одному этой ночью.
Брай подошёл и положил руки ему на плечи.
— Что ты делаешь с собой, парень?..
— Я знаю, что я делаю, — устало вздохнул Фарги. — А теперь иди. И спасибо…
— За что?
— За всё…
