— Если нам понадобится помощь, — ответил Кристоф. — Ты же не думаешь, что Инспекция предоставит в наше распоряжение свой спецназ? А Эдди в течение получаса может собрать маленькую армию отъявленных головорезов из уличных банд. Он вообще много чего может.
— Зачем тебе армия головорезов? — уточнила я.
— Для моральной поддержки. Но, скорее всего, она нам не понадобится, однако, ему это знать ни к чему. Если он хочет чувствовать себя нужным, то пусть чувствует.
— Психотерапия, — понятливо кивнула я и осеклась, встретив его взгляд.
— Чёрт возьми, Лора! Ваши рациональные миры порой так и сочатся цинизмом. Ну, неужели нельзя просто посмотреть на человека как на живое существо, имеющее не только разум, но и душу? Если тебе плохо, ты идёшь к друзьям и получаешь у них помощь!
— Да. Но это тоже называется психотерапией. Извини, если в этом слове тебе слышится что-то плохое.
— Я ненавижу научные термины…
— Охотно верю. Смотри на карту, а то мы заблудимся в этих трущобах и опоздаем на свидание с мистером Криги. Опаздывать нехорошо.
— Гораздо хуже то, что мы ссоримся с утра, — пробормотал он.
— Ты просто с завидной отвагой берёшь под защиту всех, кто тебе нравится. Но не волнуйся, Эдди произвёл на меня благоприятное впечатление, и от меня его защищать не надо.
— Ты уже забыла, как защищала от меня Джона, — усмехнулся он. — Мы с тобой не такие уж и разные, любимая.
Мы снова выехали на Старую дорогу, потом свернули на Портовую и с неё — на Дорогу Келха. Теперь, среди бела дня я увидела, как разительно отличаются два района, которые отделяет друг от друга эта автострада. Справа тянулись бесконечные кварталы грязных хижин и старых домов, над крышами которых вздымались тёмные строения портовых складов. А слева стояли, сомкнув ряды, аккуратные современные дома, отгороженные от улицы металлическими оградами, за которыми зеленели деревья и пестрели яркими цветами клумбы. Свернув на Бартонз-стрит, мы оказались на широкой улице, по обеим сторонам которой гордо высились сияющие небоскрёбы из стекла и бетона. Они отражали друг друга и яркое голубое небо, но надёжно укрывали в себе все свои тайны. На тротуарах появились богато и ярко одетые люди. Рядом с нами двигались дорогие машины. На углах бдительно следили за порядком постовые андроиды, обвешанные оружием и запрограммированные отвечать огнём на любое нарушение порядка. Мы миновали величественное здание ратуши, протянувшееся вдоль огромной пустой площади сверкающей стеной на добрые полкилометра, и снова оказались в окружении зеркальных башен.
— Это здесь, — сообщил Кристоф, сворачивая с проезжей части на просторную стоянку перед одним из небоскрёбов.
Мы вышли из машины и направились к высоким бронированным дверям. Укреплённая над ними видеокамера с демонстративным жужжанием повернула в нашу сторону свой поблескивающий объектив.
— Кристофер Джордан к мистеру Криги, — произнёс Кристоф, и дверь нехотя отъехала в сторону, пропуская нас внутрь.
Мы оказались в большом круглом холле, в котором чувствовался сильный запах, заставивший меня сразу же осмотреться в поисках гигантского слизняка. Их было целых два, грязно-лиловых, оставляющих влажный след на белом пластиковом полу. Я знала, что учёным пришлось немало потрудиться, чтоб доказать их разумность. И ещё о том, что они не понимают дипломатии и при любом удобном случае бьют по противнику мощными электроразрядами. На этих крупных экземплярах красовалась эмблема какой-то фирмы, судя по противной оскаленной морде в центре красного круга, специализирующейся на охране.
— Оставьте своё оружие в контейнере, — грозно прозвучало под потолком. — Оно будет возвращено вам при выходе из здания.
Из какого-то закутка бойко выехал жёлтый ящичек на колёсиках и подкатил к нам. Слизняки угрожающе направили на нас свои склизкие рожки-разрядники.
— Это обычная процедура, — пояснила я Кристофу. — Сдай кинжал, его потом вернут.
Он нехотя вытащил из ножен кинжал и швырнул его в контейнер. Я выпустила из кобуры на ладонь бластер и, незаметно отсоединив его от эластичной ленты выбрасывателя, положила туда же.
— Надеюсь, что вы выполнили наше требование, — грохнуло сверху. — Если впоследствии при вас будет обнаружено какое-либо оружие, вы подвергнетесь наказанию в соответствии с требованиями закона свободного города Луарвига. Тридцать восьмой этаж. Вас ожидают.
Впереди раскрылись серебристые дверцы лифта и слизняки, не разворачиваясь, расползлись в стороны, открывая нам дорогу. Стараясь не наступать на их влажные следы, мы прошли в кабину. Створки беззвучно сдвинулись. Я осмотрелась в поисках щитка с кнопками, но не обнаружила его. Кабина между тем, резко вздрогнув, понеслась вверх.
— Нас, действительно, ждут, — прокомментировал Кристоф.
Выражение лица у него было такое, что мне вдруг подумалось, что меры предосторожности, которые принимают обитатели этого дома, далеко не излишни. Он заметил мой взгляд и попытался улыбнуться, но в следующий момент, видимо, передумал.
— Предоставь вести разговор мне.
— Конечно, я ведь сдала свой бластер, — буркнула я.
Он усмехнулся.
