— Хорошо, что бурьян еще не успел подняться, — сказал Грицай. — А то мы так бы ничего и не поняли в этой головоломке. А так все понятно. Вначале три неизвестных человека, двое из которых — вот эти убитые немцы, для чего-то явились на это самое место. Именно трое, потому что ничьего четвертого следа лично я не наблюдаю. Затем один из них ловко застрелил двоих, да еще и сделал по контрольному выстрелу в каждого из них. И что же было дальше? А дальше этот ловкий тип для чего-то пошел к развалинам. Бурьян примят в сторону развалин, значит, к ним… Мы пока не знаем, для чего он туда пошел, но знаем, что этот самый тип очень не хотел, чтобы те двое пошли с ним. И вообще, он не желал, чтобы они узнали что-нибудь, чего им знать не следовало. Иначе он бы их не убил. Никита, теперь говори ты, что, по-твоему, было дальше?
— А дальше — этот человек побывал в развалинах и затем оттуда ушел, — сказал Кожемякин. — Видите, как красиво улегся бурьян на этой дорожке? Былинка к былинке и все в сторону города. Остается последний вопрос: что этот человек искал в развалинах? Взрывчатку? Рацию? Это вряд ли. Потому что для этого не надо убивать тех, кто с тобой рядом. Тут было что-то другое…
— А вот мы сейчас узнаем, что там было! — решительно произнес Грицай.
И направился к развалинам. За ним пошли и все остальные. Шли осторожно, внимательно глядя под ноги. Ведь кто знает, какие смертоносные сюрпризы мог оставить после себя этот неизвестный человек.
Однако же никаких сюрпризов обнаружено не было, и это дало смершевцам повод для новых предположений.
— Торопился, видать, человек, — сказал Толстиков. — Не до сюрпризов ему было…
— Может, и так… — рассеянно произнес Васильев. — Ищем, не упускаем ни одной мелочи!
Искать пришлось недолго. В единственной кирпичной уцелевшей стене явственно виднелась ниша. Она была небольшой, но довольно-таки глубокой, потому что сама стена была толстой. Было хорошо заметно, что в нее совсем недавно кто-то забирался. Точнее сказать, кто-то что-то из нее доставал. Рядом с нишей, поверх бурьяна, валялись несколько кирпичей.
— Выковырял таинственный незнакомец кирпичики-то, — заметил Маханов. — И что-то из этой ниши он достал. И тотчас же ушел со своим таинственным грузом. Вот только что это был за груз?
— Не взрывчатка, не рация и не оружие — это точно, — сказал Васильев. — Все это добро просто не поместилось бы в нишу. Нет, тут было что-то другое… Что-то не слишком большое и притом очень дорогое для этого таинственного незнакомца. Что-то такое, ради чего без раздумий можно убить двух своих людей…
— Золото! — осенило Грицая. — Точно, золото! Или, допустим, всякие такие бриллианты и прочие драгоценности. Точно вам говорю! Золото! Ради золота чего бы кого-то и не убить? А то делись с ними… Или они бы убили его, этого красавца.
Какое-то время все молчали, всяк по-своему обдумывая то, что сказал Грицай.
— Да, действительно… — вымолвил наконец Маханов. — Золото… Прямо как в книжках про пиратов…
— Так ведь примеры, которые в книжках, берутся из жизни, — хладнокровно заметил Васильев. — Значит, так. Информации у нас хватает, теперь будем раскладывать ее по полочкам.
Разложенная по полочкам информация выглядела следующим образом. Некто, по всей видимости, убийца-профессионал, вместе с двумя помощниками ночью пришел к развалинам. Здесь он убил двух своих помощников, забрал что-то — предположительно драгоценности — из тайника и скрылся. Все было логично, только было неизвестно, кто же этот убийца.
— Понятно, что он эсэсовец, — уверенно произнес Грицай. — Ведь те двое убитых тоже эсэсовцы. Стали бы они разгуливать по ночам с каким-то посторонним человеком! Спрашивается — для чего? Ну уж нет: в городе, который с недавних пор для них чужой, они просто-таки обязаны держаться друг за друга!
— Вдобавок еще и такой момент, — сказал Толстиков. — Что эсэсовцам делать в этом городе? Почему они не ушли со своими? А вот что: это — диверсанты. Если они не ушли, а остались, то так и есть — диверсанты. Из тех, с которыми мы сейчас воюем.
— Ну а если эти двое убитых эсэсовцы, то логично предположить, что и тот, кто их убил, тоже эсэсовец, — согласился Васильев.
После этих слов все на миг замолчали, потому что у каждого на языке вертелся один и тот же вопрос. Первым его произнес вслух Грицай:
— А не сам ли Фукс здесь побывал ночью?! Побывал, прихватил из тайника золотишко, которое он добыл, покамест зверствовал в здешних краях, и дал деру!
Оказалось, что примерно так же думали и все остальные.
— И что же из всего этого следует? — вдохновенно произнес Грицай. — А следует, что Фукс сейчас в городе. И будет в городе, пока перекрыты дороги. Не такой он и дурак, чтобы пытаться сбежать из города вместе с золотом! Нет, он будет ждать, пока посты с дорог снимут!
— А снимут их завтра, — сказал Маханов. — Потому что завтра дивизия уходит дальше добивать врага.
— Ах ты ж!.. — крякнул Грицай. — Завтра! Ведь это что же означает?