Однако это консервативное христианское государство исчезло — и протестанты-евангелики, как и консерваторы, теперь жаждали нового сильного государства, способного воплотить в себе немецкую культуру и мораль. Поначалу нацистов поддерживали немногие. Большинство дрейфовали к нацистам постепенно, через консервативные или «народнические» организации. Начиная с середины 1920-х, без-религиозные лидеры нацистов были удивлены размахом поддержки НСДАП со стороны протестантских пасторов, как с церковных кафедр, так и с партийных трибун. В городке Нортхайм нацисты ответили на это, включив в программы митингов молитвы и религиозные гимны, а также поддержав на выборах в попечительский совет местной школы «христианско-национальных» кандидатов (Allen, 1965). Протестантские темы привлекали к нацистам голоса буржуазных партий. Так, нацисты сумели расколоть квангелическую церковь — то, что не удалось им с католической. На выборах в евангелической церкви в июле 1933 г. большинство в две трети голосов досталось «Немецким христианам» — нацистской евангелической организации. Однако затем «Немецкие христиане» перегнули палку, предложив исключить из Библии весь «еврейский» Ветхий Завет! Тем не менее «Немецкими христианами» осталось больше половины церкви, а остальным пришлось сформировать независимую «Исповедническую церковь» (Helmreich, 1979; Brooker, 1991: гл. 10). Общность евангелического протестантизма с нацизмом, проявившаяся и в партийном членстве, и в голосовании, имела очевидное идеологическое объяснение: и те, и другие были национал-этатистами. То же относится к протестантам-чиновникам, студентам, ветеранам и так далее: они становились нацистами, поскольку уже исповедовали национал-этатизм.
Однако после установления экспансионистского рейха евангелическая церковь уже не могла оказывать нацистам такую идеологическую поддержку. Исчезло мощное австрийское государство, способное заблокировать объединение всех немцев в единой «Великой Германии». Дальнейшее расширение немецкого государства охватывало в основном немцев-католиков — в Австрии, Силезии, Эльзасе-Лотарингии; евангелическое прусско-немецкое государство, основанное на концепции «Малой Германии», не было связано с пангерманизмом. В следующем томе своей книги я расскажу о том, как в конце 1930-х, вместе с радикализацией нацизма, поддержка его смещалась от протестантов к (бывшим) католикам.
Протестантизм помогает объяснить и многие различия в голосовании по регионам. В ранний период поддержка нацистов на выборах, хоть и незначительная, исходила, по-видимому, в равной мере от обеих конфессий. В 1924 г. два из четырех избирательных округов, где нацисты набрали более 10 %, находились в протестантских Мекленбурге и Франконии, другие два — в католической Баварии. Однако к июлю 1932 г. активнее всех голосовали за нацистов почти исключительно протестанты: большая часть протестантского северо-востока (Восточная Пруссия, Померания, Мекленбург, Бранденбург, Нижняя Силезия и Тюрингия), весь протестантский северо-запад, а также протестантские анклавы Гессена и Баварии (то есть Франкония). Очевидна и вторая причина. Крестьянская, сельскохозяйственная Германия больше тяготела к нацизму. Поэтому из числа протестантских регионов меньше голосовали за нацистов в регионах более городских и индустриальных: в Берлине, Саксонии, Западной Вестфалии, на побережье Рейна и в Руре. Эти регионы в основном оставались верны левым партиям (Milatz, 1965; Passchier, 1980). Третья причина региональных вариаций не столь очевидна. Больше всего голосовали за нацистов в Шлезвиг-Гольштейне и в северо-восточных областях, разрезанных надвое Польшей (единственный регион, где нацисты в 1931 г. получили более 45 % голосов, не считая Ганновера). Можно заметить, что и то и другое — «угрожаемые земли», граничащие с территориями, отнятыми у Германии по Версальскому договору. На это можно возразить: союзники отняли у немцев и значительную часть Саара и Рура на юго-западе, однако в этих краях за нацистов голосовали немногие. Дело здесь в том, что это индустриальный и традиционно католический регион. Как только католики и промышленные рабочие сдались НСДАП — это произошло после прихода нацистов к власти, — «угрожаемые территории» превратились в бастионы радикального нацизма. Однако до прихода к власти за нацистов голосовали, во-первых, протестанты, во-вторых, сельские жители.
