Фашизофрения полностью

Французский журналист Жак Мерлино в своей книге «Нельзя говорить вслух о всех югославских истинах» опубликовал слова Джеймса Харфа, на тот момент директора крупного вашингтонского PR-агентства — компании Радер Финн Глобал Паблик Эфферс: «Наша работа не заключается в проверке информации. Наша работа — ускорить циркуляцию выгодной нашему клиенту информации, четко целясь. Мы представили сербов нацистами Второй мировой и попали в десятку, в цель! Сразу заговорили об этнических чистках, о газовых камерах Аушвица».

Позже Харф опровергал, что говорил именно так, однако признавал: «Действительно, мы, специалисты по пиару, оказывали влияние на ход событий. Наша группа представляла интересы правительств Хорватии, Боснии и теневого кабинета в Косово. Работая с прессой, главным было постараться, чтобы журналисты представляли ту точку зрения, которую разделяли наши клиенты».

И вот истинный показатель свободы — ни один разоблачитель обманов «свободной прессы» не был репрессирован! Их просто очень быстро маргинализировали и перестали публиковать, даже статьи, за которые уже были уплачены гонорары. Томас Дайхман: «Поначалу мое расследование вызвало живой интерес. В Англии у меня была масса интервью, в том числе и для BBC. Однако, адвокаты ITN (телекомпания, показавшая фальшивый репортаж. — Г.С.) устроили так, что никто не хотел в это ввязываться. А в Германии к этому моменту антисербские настроения были настолько сильны, что руководство немецких компаний предпочло не трогать эту тему»^{166}.

Журнал, опубликовавший расследование Дайхмана, владельцы были вынуждены закрыть, предварительно уплативши адвокатам Ай-Ти-Эн 600 тысяч фунтов. Хотя никто результатов расследования немецкого журналиста не опроверг. Да и не пытался.

Деньги — отчеканенная свобода. Этот афоризм следует помнить всегда, а при рассуждениях о свободной прессе — особенно.

Все животные… пардон, страны равны, но некоторые более равны, чем другие. «Более равны» сегодня те, которые поддерживаются Соединенными Штатами.

Потому главный вывод, который должны бы сделать из косовской истории сепаратисты всех мастей: отторжения любой территории от любой страны добиться можно, выполнив два условия — необходимое и достаточное.

Необходимо любыми способами добиться на данной территории преобладания населения, готового отделяться. Можно — запугиванием несогласных, как это происходило в том же Косово при попустительстве «миссионеров». Можно по прибалтийскому образцу — просто объявив несогласных «неграми», негражданами. Хотя такой вариант еще не использовался, он вполне возможен. Только — при соблюдении второго условия.

Оно же условие, достаточное для решения задачи, — даже если преобладания своих сторонников на территории не достигнуто. Любая территория может объявить о своей независимости — если эту независимость готовы признать Соединенные Штаты Америки. Потом «свободная пресса» всегда сумеет объяснить «мировому сообществу», что Бретань — не Косово, Корсика не Абхазия, а Каталония — не Каледония.

Впрочем, этот принцип не нов, как ничто не ново в истории, и тут опять вспоминаем прусского короля: если вам нравится какая-то провинция соседа — захватывайте ее, потом вы всегда найдете дюжину историков, которые смогут обосновать ваши исконные права на эту территорию.

Не случайно же Косово мгновенно получило кличку «Америкосово». Потому что сегодня гарантировать такую «независимость», то есть отторжение какой-либо территории с последующим вовлечением ее в собственную орбиту, могут только США. Ситуация изменится, когда (и если) подобные возможности получат новые центры мировой силы — Россия, Китай или, например, Индия.

И тогда уже не будет ничего невозможного — останется только вероятное.

После Евро-2008 стало понятно, что футбол на Украине — не футбол, а тоже реклама НАТО.