Мир озаряет весь Светом спасения;
Нас оставляет здесь В области тления.
Здесь мы томимся все В тяжкой борьбе!
Сердцем стремимся все,
Боже, к тебе!
Хор ангелов
Чуждый нетления,
Мощно Христос восстал!
Узы мучения Он разорвал!
Вам, здесь страдающим,
Всех утешающим,
Ближних питающим,
В рай призывающим,
Близок учитель вам:
С вами он сам!
У ГОРОДСКИХ ВОРОТ
Гуляющие выходят из ворот. Несколько подмастерьев Эй, вы! Куда вы, господа?
Другие В охотный двор. А вы куда?
Первые
На мельницу.
Один из подмастерьев Пойдем к прудам!
Второй подмастерье
Бог с ними!
Туда дорога чересчур худа!
Вторая группа подмастерьев А ты?
Третий подмастерье
Пойду куда-нибудь с другими.
Четвертый
В Бургдорф наведаться советую я вам!
Какие девушки, какое пиво там!
А драка — первый сорт! Пойдемте-ка, ребята!
Пятый
Знать, чешется спина: все драки подавай.
Вот погоди, намнут тебе бока-то.
Ступай-ка сам — меня не зазывай.
Служанка Нет, нет! Вернуться надо мне скорее.
Другая
Куда? Он, верно, там, у тополей, в аллее.
Первая
Да мне-то что за радость в нем?
Он вечно ходит за тобою,
Болтает, пляшет не со мною:
Что мне в веселии твоем?
Вторая
Да мы пойдем не с ним одним:
Кудрявый тоже будет с ним.
Студент
Эх, девки, черт возьми! Смотри, бегут как живо! А что, коллега, надо их догнать!
Забористый табак, да пенистое пиво,
Да девушка-краса — чего еще желать!
Девушка-горожанка
Вот так молодчики! Как им не удивляться!
Ведь это просто стыд и срам!
Могли бы в обществе отличном прогуляться — Нет, за служанками помчались по пятам!
Второй студент
Постой: вон две идут другие;
Из них соседка мне одна.
Мне очень нравится она.
Смотри, нарядные какие!
Не торопясь, идут они шажком И поджидают нас тайком.
Первый студент
Эх, братец, брось! Стесняться неохота.
Скорей вперед: дичь может ускакать!
Чья ручка пол метет, когда придет суббота, — Та в праздник лучше всех сумеет приласкать.
Горожанин
Пет, новый бургомистр ни к черту не годится. Что день, то больше он гордится.
Л много ль город видит пользы в нем?
Что день, то хуже, без сомненья;
Все только больше подчиненья Да платим мы все больше с каждым днем.
Н ищий
Веселой, пестрою толпою Вы здесь идете, господа;
Взгляните, сжальтесь надо мною;
Да тронет вас моя нужда!
Услышьте голос мой молящий!
Лишь тот блажен, кто может дать.
О, пусть день праздника блестящий Днем сытым буду я считать!
Другой горожанин
Люблю послушать я, как в праздник соберутся Потолковать о битвах, о войне,
Как где-то в Турции, в далекой стороне, Народы режутся и бьются.
Стаканчик свой держа, стою перед окном,
И барки по реке проходят предо мною;
А после к вечеру иду себе в свой дом, Благословляя мир спокойною душою.
Третий горожанин
Так, так, сосед! Мы смирно здесь живем,
А там, кто хочет, пусть себе дерется!
Перевернись весь свет вверх дном —
Лишь здесь по-старому пускай все остается!
Старуха
Вишь, как разряжены, — что розан молодой!
Ах вы, красавицы! Ну как в вас не влюбиться? Что гордо смотрите? Не брезгайте вы мной: Старушка может пригодиться.
Девушка-горожанка
Сюда, Агата! От старухи — прочь!
Нам с ведьмой говорить при людях не пристало. Хотя, поверь, в Андреевскую ночь Суженого мне ловко показала.
Другая
У ней я тоже видела его:
Мне в зеркале колдунья показала.
Военный — как хорош! Уж я его искала,
Да встретить не могу, не знаю отчего.
Солдаты
Башни с зубцами,
Нам покоритесь!
Гордые девы,
Нам улыбнитесь!
Все вы сдадитесь!
Славная плата Смелым трудам!
Подвиг солдата Сладостен нам.
Сватаны все мы Звонкой трубою К радости шумной,
К смертному бою.
В битвах и штурмах Дни наши мчатся;
Стены и девы Нам покорятся.
Славная плата Смелым трудам!
Миг — и солдата Нет уже там.
Фауст и Вагнер.
Фауст
Умчалися в море разбитые льдины;
Живою улыбкой сияет весна;
Весенней красою блистают долины;
Седая зима ослабела: в теснины,
В высокие горы уходит она.
Туда она прячется в злобе бесплодной И сыплет порою метелью холодной На свежую, нежную зелень весны, —
Но солнце не хочет терпеть белизны;
Повсюду живое стремленье родится,
Все вырасти хочет, спешит расцветиться,
И если поляна еще не цветет,
То вместо цветов нарядился народ.
Взгляни, обернись: из-под арки старинной Выходит толпа вереницею длинной;
Из душного города в поле, на свет Теснится народ, оживлен, разодет;
Погреться на солнце — для всех наслажденье. Они торжествуют Христа воскресенье —
И сами как будто воскресли они:
Прошли бесконечные зимние дни;
Из комнаты душной, с работы тяжелой,
Из лавок, из тесной своей мастерской,
Из тьмы чердаков, из-под крыши резной Народ устремился гурьбою веселой,
И после молитвы во мраке церквей Ласкает их воздух зеленых полей.
Смотри же, смотри: и поля и дорога Покрыты веселой и пестрой толпой;
А там, на реке, и возня, и тревога,
И лодок мелькает бесчисленный рой.
И вот уж последний челнок, нагруженный, С усильем отчалил, до края в воде;
И даже вверху, на горе отдаленной, Виднеются пестрые платья везде.
Чу! Слышится говор толпы на поляне;
Тут истинный рай им! Ликуют селяне,
И старый и малый, в веселом кругу.
Здесь вновь человек я, здесь быть им могу!
