— И да поможет тебе Аллах! — сквозь проступающие слёзы заявила жена.
Решительно ступая из дворца, принимая доклады на ходу, султан направился во двор дома. Ни дня промедления. Ни часа задержки. У него ещё есть силы, у него есть ещё власть. У него должна быть победа. Иначе — только смерть. Сметут мятежники. Вся империя ждет решений султана. Элиты, янычары, духовенство — все они выписали аванс султану. Давали ему еще один шанс.
На границе с Австрией концентрировались османские войска. Опустошив казну, падишах Махмуд смог создать немалую армию против Австрии. Он был уверен, что австрийцы не преминут воспользоваться случаем, как только у русских появятся первые успехи в войне, как только персы начнут своё наступление в Закавказье и на Багдад.
На это указывало всё: император подтянул войска к границам. В Австрии вовсю шло формирование всё новых и новых полков и дивизий. Более того, на удивление хорошо сработала османская разведка. Султан уже знал, что не более, чем через месяц австрийцы перейдут границу.
Гениальный австрийский полководец, Евгений Савойский, болеет, не может возглавить войска. А остальных военачальников своих соседей турки и не воспринимали всерьез. Так что шансы были большие.
Если бы даже не пришли сведения из Вены, то логика поведения европейцев вполне просчитывалась. Австрии никак нельзя позволить русским вступить в Молдавию и Валахию. А для этого там должны стоять австрийские войска.
В какой-то степени это было бы даже выгодно султану, так как европейцы могли поссориться. Но победа нужна была султану ещё больше. А уже потом можно заключать мирный договор с Австрией и ссорить ее с Россией.
Авторитет султана пошатнулся настолько, что советники в один голос говорили о возможных мятежах в Стамбуле и других крупных городах империи. В самое ближайшее время.
Так что одними репрессивными мерами или огульным обвинением во всём бывшего визиря ситуацию никак не выровнять. Нужна победа.
— Ты послал в Исфахан персидскому шаху моё послание? — спросил султан у своего нового визиря.
Новый визирь, грузин, Гюрджу Исмаил-паша старался угодить. Вместе с тем, он и работал, а не только хитрил перед султаном.
— Да, мой повелитель. Уже десять дней тому назад отправилось тайное посольство к персам, — отвечал визирь. — Но, мой падишах, разве же предлагать персидскому шаху такие условия — это не поражение?
Султан остановился на выходе из дворца. Резко развернулся и посмотрел на нового визиря с такой ненавистью, что тот растерялся и забыл даже, что хотел сказать дальше.
— Если ты мне скажешь, где можно раздобыть ещё одно войско, подобное тому, что было уничтожено в Крыму, — я озолочу тебя, — сказал султан.
— Ты прав, о великий! — вынужден был согласиться визирь.
Исмаил-паше не очень хотелось прославиться тем, что был смещён со своего поста, не пробыв там и месяца.
Вместе с визирем с правильностью принятого султаном решения соглашались и другие вельможи. Не нравилось им уступать персам. Но в такой ситуации кому-то уступать всё-таки придётся. Это временное оступление, чтобы после бить врагов во всех сражениях.
Османская империя направила семидесятитысячную армию против персидского шаха. Да, в той армии артиллерии было меньше, чем в разгромленной русскими, но вполне опытных воинов хватало, в том числе янычар.
Если высвободить эти семьдесят тысяч, одновременно собрать ещё одну армию и расставить задачи своим вассалом, то внешне может показаться, что Османская империя не так сильно пострадала.
А если к этому прибавить ещё и более шестидесяти тысяч солдат, стоящих на границе с австрийской империей, то с русскими можно будет не просто воевать, их можно будет громить.
Остаётся только подписать мирное соглашение с персами, пообещать им помощь в вероятной войне с Россией, отдать Ирану весь Кавказ и часть Закавказья. Ну и золото… Много придётся раскошелиться османскому султану, чтобы задобрить персидского шаха.
И в таком случае у Османской империи может появиться даже союзник. Персы уже забрали у русских Дербент, Баку. Так разве же персидский шах откажется взять ещё и под свой контроль Астрахань? По крайней мере, чтобы отомстить русским за те унижения, когда последние громили персидскую державу и захватили все персидские города вдоль Каспийского моря. Это ведь не так давно было.
Султан лично решил возглавить войско, которое должно было перейти границу с австрийской империей и превентивно ударить по только формируемой императорской армии. Французские советники предрекают большой успех этому удару. И, что удивительно, с ними соглашаются все оставшиеся высокопоставленные военные Османской империи.
Есть ещё надежда у Османской империи и её султана. Франция тайно обещала в самое ближайшее время предоставить не менее пятидесяти тысяч своих новых карабинов, не менее ста двадцати новейших французских полевых орудий, а также порох.
Французских инструкторов и так уже немало в османской армии. Они всего лишь учат, но не участвуют в боевых действиях. По крайней мере, в той крымской армии, которая разгромлена, французов не было.
