Последние слова прозвучали слишком уж высокопарно. Гейл поморщилась.
Интервью закончилось. После короткой паузы зазвучала музыка, какая-то сентиментальная поп-баллада. Гейл выключила радио. Наступила тишина, почему-то показавшаяся ей пугающей. Мимолетное чувство стыда – она никогда в жизни не говорила так выспренно.
– Кофе?
– С величайшим удовольствием.
Гейл включила старенькую капельную кофеварку. Прозрачный кофейник был мутный от накипи. Она много раз пыталась ее убрать, мыла и с содой, и с покупными таблетками, после чего серый осадок на стенках и особенно на дне уменьшался, но ненадолго. А выкинуть не решалась – кофе был замечательный. Хотя дело, конечно, не в кофейнике. Колодезная вода, солоноватый воздух – наверняка есть тысяча причин, почему кофе в деревне получается вкуснее. В городе у них эспрессо-машина, кофе всегда свежемолотый – тоже неплохо, но с дачным не сравнить.
Покосилась на Роберта. Он так и не сказал ни слова про интервью, а у нее осталось неприятное чувство – зачем она все время вылезала вперед? Даже перебивала Роберта, будто боялась, что он ляпнет что-то не то. Но что сделано, то сделано.
– Хочешь что-нибудь к кофе? У нас есть французские круассаны.
– Нет, спасибо. Хорошо и так.
“Французские круассаны”… Уж наверняка никакие не французские, скорее всего, уловка пекаря. Французы ни за что не стали бы упаковывать круассаны в пакеты с национальным флагом и Эйфелевой башней. Но про вкус ничего не скажешь – вполне французский. Не слишком сладкие, упруго похрустывающие на зубах.
Они с Робертом последний раз были во Франции довольно давно, хотя путешествовали часто. Прованс, Грас, Ницца – дальше в Италию. Ей запомнились ажурные мосты в горах Эстереля, бесконечные заросли дикой мимозы. Если и дальше так пойдет, надо обязательно повторить путешествие.
От одной этой мысли на глаза навернулись слезы. Она взглянула на Роберта. Сид сделал хорошее интервью, но пропустил главное – тревожащее до мурашек ощущение чуда. Старался, но не заострил внимания на главном – что же произошло с Робертом? А произошло вот что: Воскрешение Из Мертвых.
Она поставила поднос с кофе на стол.
– Нам надо бы купить динамик, поставить в кухне. Такой, знаешь, они называют его блютус. Подключил к телефону – и в кухне музыка.
– У нас же прекрасная стереосистема.
– Не в кухне, – напомнил Роберт.
– Не помню, чтобы мы хоть раз слушали музыку в кухне.
Роберт пожал плечами:
– Все же пошарю в интернете, посмотрю, что они предлагают. Техника шагнула вперед, у этих современных аппаратов превосходное звучание. Сидишь как в концертном зале.
Гейл улыбнулась. Он пропустил ее замечание мимо ушей – хороший признак, так было и до болезни, но важнее другое – вернулся интерес ко всяким новшествам. Они продолжали выписывать газеты, однако пару лет Роберт даже не заглядывал в них, несмотря на усвоенную с молодости привычку к газете за завтраком. А если выражал желание что-то купить, выбор казался более чем странным. Будет так продолжаться – захочет поменять машину или поехать на какую-нибудь ярмарку. Он всегда любил всякие эксцентричные затеи, и все его причуды выглядели милыми и забавными.
Роберт с удовольствием жевал круассан, хотя пару минут назад отказался.
– Вкусные, правда?
Он покачал головой:
– Суховаты. Бывают лучше.
Типичный Роберт. Не любит покупное, всегда предпочитал домашнюю выпечку. И если уж идти в ресторан, то в такой, где на заднем дворе огород, где повара сами дергают морковку с грядок. Единственное исключение – “Миссури”. И для нее, кстати, тоже.
Она вспомнила свои слова в этом интервью:
Теперь все знают, что он такой же, как всегда. Ну, положим, не все, а только те, кто слушал это интервью. Интересно, сколько их? Двадцать? Тридцать?
Какая разница? Вот они как ни в чем не бывало пьют утренний кофе, и Роберт как ни в чем не бывало ругает покупные круассаны, будто и не было этих жутких месяцев. Может, надо бы как-то отметить этот день? Чем-то торжественным? Сегодня же, не откладывая, заказать билеты в Европу, отметить победу жизни над смертью?
Это чересчур. Смерть победить нельзя, можно только получить отсрочку. Так почему бы не использовать эту отсрочку на полную катушку?
– Завтра поедем домой? – прервал ее размышления Роберт.
– Да… завтра же понедельник, как мы и решили. Правда, надо дождаться десяти, придет дизайнер по интерьеру. Надеюсь, много времени не займет. И сразу едем… – Она попыталась расшифровать задумчивость Роберта. – Или ты хотел бы поехать пораньше?
– Наоборот. Побыть бы еще. Здесь так хорошо, спокойно… Лишь бы погода не подвела.
– У меня в среду парикмахер. А у тебя же твой Ротари[33], помнишь?
