Но оказалось, что нужны. И именно теперь. После старта Льюис разыскал ее в каюте
номер 38. Ее соседка куда-то вышла, и это было как нельзя кстати. Каютка была крохотная,
по обе стороны узкого прохода располагались две кровати и закрытые полки над ними.
Больше никакой мебели не было. Грузное тело Оливии едва умещалось на матрасе. Она села
и свесила толстые ноги, рассеянно ища тапочки.
- Ну, как ты? - спросил он с сочувствием, - не тошнит больше?
- Лью, - посмотрела она совершенно ужасными темными глазами, - мне плохо.
- Ты только не бойся, Олли. Я с тобой. Что ты чувствуешь?
- Ничего. Просто я, кажется, схожу с ума.
- Да ты что? Как это?
- Понимаешь, я закрываю глаза и вижу какие-то уродливые морды! Огромный зал и в
нем полно уродов! О, Боже!
- Олли, но мы и летим к уродам.
- Да. Но я же их никогда не видела!
Такой реакции он не ожидал. Если б ей мерещилась авария на Меркурии, это было бы
понятно. Но при чем здесь были эти морды? Оливия никогда не отличалась больной
фантазией и художественным воображением.
- Это... это твой подсознательный страх, - попытался он как-то объяснить ее состояние.
- Да не боюсь я их! - разозлилась она, - и никогда не боялась. Сама не красавица...
- Ну и не уродина, - сказал он, и, наверно, это было худшее, что он мог сказать.
- Чуть-чуть получше, да? - усмехнулась Оливия, темные глаза блеснули обидой.
Честно говоря, ему было абсолютно все равно, как она выглядит. Красавицей ее назвать
было трудно, но чтобы ее успокоить, он готов был и соврать.
- Ты что, Олли, - улыбнулся он, - ты очень даже красивая.
- Издеваешься? - с досадой отвернулась она, - нашел время!
- Почему это? - не сдавался он, - ты красивая девочка. Только еще маленькая. Слышала,
что дядя Рой сказал?
- А ты повторяешь как попугай!
- 17 -
- Знаешь, - вздохнул Льюис, - по-моему, тебе надо выпить что-нибудь успокоительное.
Давай сходим в медпункт? А хочешь, я сам сбегаю?
- Я не психопатка, - с отчаянием сказала Олли, - и не малое дитя. Я просто вспоминаю
то, чего со мной никогда не было. Понимаешь? При чем тут успокоительное?
- При том, что космос спровоцировал... как это... рецидив твоего детского стресса.
- Ты заговорил как профессор, - усмехнулась Олли.
- Я просто не знаю больше, как тебе помочь.
- Никак. Я сама должна понять, что со мной.
Через несколько дней это прошло. Во всяком случае, она больше не жаловалась на свои
кошмары. Но что-то в ней все-таки изменилось. Даже ее тяжелая походка из уверенной стала
какой-то осторожной, словно крадущейся.
Космоса Олли по-прежнему боялась. Она никогда не ходила с ним на верхние палубы
смотреть звезды. Зато Льюис готов был сутками торчать у экранов, как будто там и было его
настоящее место. Звезды не двигались, но корабль разгонялся. Представить, что твое
крохотное, мягкое, слабое тело несется в бескрайнем космосе с околосветовой скоростью
было невозможно. Еще невероятней было то, что некоторым эти расстояния удавалось
преодолеть одним прыжком.
Все это завораживало. Льюис был взволнован и счастлив, он был уверен, что там
впереди его ждала совершенно иная, интересная, необычная жизнь. Его ждала судьба, и он
летел к ней, рассекая холодный океан космического пространства.
************************************************************
*************************************
*******************
Лето было на редкость дождливым. Ольгерд окружил себя сферой, чтобы не намокнуть,
пока дойдет от стоянки до дворца. Аппирские плащи с огромными капюшонами он не
любил. Зонты и подавно. Охрана молча пропустила его, слуги проводили в покои Леция.
Под нежное журчанье ручья Верховный Правитель расхаживал в своем зимнем саду и
курил. Наступил уже полдень, а халат на нем до сих пор был утренним.
- Эти ночные приемы выбивают меня из ритма, - признался он, - но Эдгара пока нет,
приходится самому расшаркиваться с этими рыбоглазыми.
У тевергов деловая жизнь была исключительно ночной. Обсуждать при свете дня какие-
то проблемы считалось у них дурным тоном, а ломать свои привычки эти снобы не
привыкли.
- Какая у них там Империя? - усмехнулся Ольгерд, - Четвертая или Пятая?
- Отстаешь от жизни, - фыркнул Леций, - уже Шестая.
- Да...
- Только наладили контакт с правителями Пятой, а у них снова смена династии.
Обновляются, как дрозофилы.
Ольгерд сел. Он понимал, что речь пойдет не о тевергах. Не так часто Леций выкраивал
время для личных бесед. Да и сам он со своими раскопками совсем замотался.
- Как твои дела? - спросил Леций, - усаживаясь напротив.
- Неплохо, - сказал Ольгерд, - жду буровую технику для льда, и лингвистов как всегда не
хватает.
- Ничего, через месяц прилетит твоя техника и новая смена. Но я не об этом.
- А о чем?
- Давай поговорим как родственники.
Правитель улыбался, глаза у него были ясные как небо. Он вообще мало менялся, всегда
оставаясь и великолепным, и несносным. Ольгерд почему-то понял, что разговор будет
неприятный.
- Что-нибудь с Ингердой? - на всякий случай спросил он.
- Нет. Тут всё в порядке.
- Тогда о ком речь?
- 18 -
Он заранее нахмурился.
- О тебе, - сказал Леций.
На столе немедленно появилась бутылка «Золотой подковы», непременный атрибут
