- Почему?!
- Потому что каждый день нужно проживать как последний. Иначе ничего не сочинишь,
и не будет никакого вдохновения. Какие уж тут заботы о здоровье?
- Неужели всё так ужасно, Кси?
- Всё так прекрасно.
- Тогда это буду делать я.
- Ла, не превращай меня в инвалида!
Они ели прямо на диване, с подноса, на столе места не было. Болтали, обсуждали пьесу,
перешли к поправкам. Зела не собиралась это играть, ей не хватило бы мужества, но были
куски, которые ей хотелось изменить непременно.
Героиню звали иначе. Кси вообще не проводил прямых аналогий. Зачем, если все и так
поймут?
В первом действии она была рабыней. Не продажной женщиной, как пыталась теперь
выставить ее молва, а вещью, которую любой мог купить. При этом каждый видел в ней
только красоту и ничего больше. Зела настояла, чтобы Леций обязательно выделялся из этой
толпы. Его она любила.
Второе действие было скорее о переселении аппиров на Пьеллу. В нем героиня попадала
на другую планету, встречала там мужчину своей мечты, представителя совершенно другого
мира и других отношений. И было просто невероятно, как они все-таки оказались вместе,
несмотря на кучу вселенско-космических и чисто житейских недоразумений. Ричард, как
всегда, выглядел героем, а она слабой, глупой, нервной, до предела закомплексованной
женщиной. Но во всяком случае, было ясно, что замуж она вышла не ради карьеры и не по
расчету.
Зела грустно перелистывала второе действие своей жизни. Ричард был потрясающий
мужчина, ей безумно повезло, что она когда-то встретила его, что он ее полюбил... но это
было так давно! Она устала от его совершенства, от его силы, его самодостаточности, устала
от этой долгой-долгой сказки о великой любви.
Он тоже устал и даже раньше, чем она, не хотел ее видеть, не хотел знать, что с ней
происходит, ничего не хотел. Наверно, они любили друг друга слишком страстно, и теперь
сгорели оба.
- Вот здесь он сказал не так, - указала она на место в тексте, - здесь он просто сказал:
«Мне не нужны наложницы». И я поняла, за кого он меня принимает.
- Умеете вы друг друга запутать, - усмехнулся Кси.
- Это было давно, - нахмурилась она.
- Сейчас то же самое. Вместо того, чтобы сесть и поговорить обо всем, бегаете друг от
друга как зайцы.
- Ты думаешь, это так просто, сказать ему, что я люблю другого?
- А то он не знает!
- Знает, конечно. И пальцем не пошевелил, чтобы что-то исправить! Ему всё равно!
- А я предупреждал, - насмешливо посмотрел Кси своими темно-серыми глазами, - что я
не подходящий объект, чтобы вызвать ревность твоего мужа.
- Дело не в тебе. Я просто давно ему надоела.
В третьем действии героиня была успешной актрисой и счастливой женой. Началась
обычная семейная жизнь. Конца у этого действия не было.
- Чем же ты закончишь? - спросила Зела с любопытством.
- Не знаю! - лениво откинулся на спину Кси, - а как ты сама хочешь?
Она сдвинула поднос и наклонилась над ним.
- 303 -
- Напиши, как есть. Что все отвернулись от меня, но у меня есть ты, и больше мне никто
не нужен. Что я бросила театр и поселилась в твоей каморке, где почти нет мебели, где
живет гений, где рождаются стихи и музыка.
- Это будет слишком скучно, - проговорил он.
Зела осторожно коснулась губами его губ.
- Разве?
Зрачки его сразу расширились как от ужаса.
- Ла, не делай этого.
- Почему? - в который раз спросила она.
- Ты меня используешь не по назначению! Я твой автор!
- Я вообще тебя не использую. Я тебя люблю.
Кси вскочил с дивана и остановился только возле мойки. Он был в черных джинсах, из-
под серого свитера трогательно выбивались белые уголки воротничка. Он был прекрасен. Ей
хотелось обнять его, прижать к себе его худенькое тело, пригладить спутанные черные
вихры, целовать его впалые щеки и нежно-розовые, почти детские губы.
- Чего ты боишься, Кси? Иди ко мне.
- Это не страх. Это другое.
- Что другое?
- Мы можем всё испортить, понимаешь? Поэт и муза должны держать дистанцию!
- Мне надоела эта дистанция, Кси. И я отсюда все равно не уйду.
- Не уйдешь? Ты что, собираешься здесь ночевать?
- Конечно. Это же не больница.
- А что скажет твой муж?
- Ничего не скажет. Он сам уже три дня дома не ночует.
- И ты решила ему отомстить таким образом?
- Ну о чем ты говоришь!
- О том, что ты сама себя не понимаешь!
- Я понимаю одно: мне хорошо только с тобой, и я никуда не хочу отсюда уходить.
У Кси нервно дергалось лицо и возбужденно горели глаза. Он был зол, или испуган. Или
просто устал держать эту проклятую дистанцию.
- У меня только один потрепанный диван, - сказал он.
- Меня вполне устроит твой потрепанный диван, - ответила она.
- И ничего нет на завтрак.
- Я могу голодать по два месяца.
- Перестань издеваться, Ла!
Кси перебежал к окну и там остановился, повернувшись к ней спиной. Он нервничал и
злился, в нем явно шла борьба, и Зела решила ему помочь. Она знала, что женщины у него
до нее были. Дело было именно в ней, его прекрасной музе, которую он никак не хотел
опустить с небес на землю. Она тихо подошла сзади и ласково положила ему руки на плечи.
- Тебе не надоело быть только автором, Кси? Ты, конечно, гений, но ты же живой аппир.
