- Что там с Герцем? - спросила Зела, - он хоть живой?
- Живой. Но в полном шоке. Кажется, у него навсегда пропала охота к шалостям.
- Быть того не может.
- Может, если подставишь собственного брата.
- Ричард... ничего ему не сделал?
- Разве Ричард может кому-то что-то сделать? - Фло снова улыбнулась, - насколько я
знаю, он всегда всех прощает.
И это тоже было верно. Зела так к этому привыкла, что не хотела даже понимать его
внезапного отчуждения, всё ждала его шагов навстречу.
- Может, и меня простит? - вздохнула она.
- А тебя за что? - изучающе взглянула не нее подруга.
- За Кси.
- А что Кси?
- Ричард думает, что он мой любовник. Да все так думают, и ты тоже... а это не так.
- 307 -
- Послушай, - строго сказала Флоренсия, - я не имею привычки прислушиваться к
сплетням. Я знаю, что ты этого мальчика навещала каждый день, но мне и в голову не
приходило, что он твой любовник. Он тебе в правнуки годится.
- В таком случае, ты святая, Фло, - усмехнулась Зела, - потому что даже мне самой
казалось, что я влюбилась. Он такой талантливый, Фло! Он просто гений, этот мальчик...
- Это у тебя пройдет. Гениев много, а Ричард один.
- Я знаю. Это уже прошло... Послушай, Фло, мы ведь поженились одновременно. Сорок
лет назад. Неужели у вас с Консом всё хорошо до сих пор?
- Конечно. Мы пока еще не ссорились.
- Разве так бывает? - с изумлением и тоской спросила Зела.
- Бывает, - Флоренсия кивнула, - когда редко видишься.
- Странно... а у нас все ссоры как раз из-за того, что мы редко видимся.
- Потому что у вас не любовь, а страсть. Вы оба сумасшедшие. Вам вообще нельзя
разлучаться.
- Нельзя, - согласилась Зела, ей эта мысль показалась очень даже правильной, -
совершенно нельзя. Только где он, этот Ричард? Наш внук в безвременье, я в больнице, а он
где?
- В полпредстве, - сказала Фло с явным желанием его оправдать, - задабривает комиссию.
Им совершенно не понравилось его трехдневное отсутствие.
- Мне тоже не понравилось.
- Ситуация экстремальная. Иначе он уже давно был бы здесь.
- Сомневаюсь, - с тоской посмотрела на нее Зела, - но это уже моя заслуга. Я ужасная
женщина, Фло.
- Ты знаешь, - подруга с сочувствием сжала ее руку, - он мог бы жениться на мне. И мы
жили бы спокойной и ровной жизнью, без ссор и истерик, без обид и ревности. Но он
выбрал тебя, женщину, от которой у любого голова заболит. Ему это всё нужно, понимаешь?
Ты ему нужна. Он тебя именно такую и любит. Так что не переживай хотя бы об этом. Мало
что ли у тебя других неприятностей?
- Фло, - округлила глаза Зела, - в первый раз слышу, что...
- Это было давно, - усмехнулась подруга, - и прекрати ревновать. В конце концов, ты
тоже спала с моим мужем. И великое счастье, что мы живем именно так, а не наоборот.
************************************************************
- Я отпущу тебя только завтра, - заявил Кондор, - здесь тебе будет спокойнее.
Зела почему-то боялась его строгих глаз.
- Почему? - насторожилась она, - кажется, всё самое плохое я уже знаю. От чего ты меня
бережешь?
- Дома ты не отдохнешь, - сказал он, - а я хочу, чтобы ты отдохнула... и еще я хочу с
тобой поговорить. Правда, самое подходящее место? Скоро принесут ужин.
Палата была одноместная и дорогая, она почти не отличалась от уютной гостиной, разве
что аппаратурой в изголовье кровати. Кондор сидел на диванчике, скрестив ноги, он был без
халата, в черном свитере, ворот сливался по цвету с его черными волосами и глазами.
- Я не хочу есть, - сказала Зела.
- Значит, попьем чаю. Кофе я бы тебе не советовал.
- Кофе я и сама не буду.
- Вот и отлично. Мы уже приходим к согласию.
Он был ровесником Герца. Но какие же они были разные! Конс и Леций отличались
сильно, но их сыновья отличались в квадрате. Зела знала, что Кондор - парень серьезный,
значит, и разговор у него был к ней серьезный. Это ее смущало и настораживало.
- О чем ты хочешь поговорить? - спросила она.
- Как ты себя чувствуешь?
- Как можно себя чувствовать, когда с внуком такое... и вообще.
- Что вообще?
- 308 -
Она задумалась. Слишком много пришлось бы рассказывать и долго объяснять, что с ней
творится. При этом она выглядела бы как нетерпеливая истеричка и неблагодарная дрянь.
- Я, наверно, просто устала, - сказала она, - устала от сцены, устала от людей, устала от
любви... от жизни, в общем. Только какое это имеет отношение к медицине?
- Прямое, - посмотрел ей в глаза Кондор.
Зела съежилась от этого взгляда. Привезли ужин на тележке. Кондор сам переставил всё
блюда на столик, ничего при этом естественно не говоря. Она накинула больничный халат и
присела на диван, движения были по-прежнему заторможенные, распущенные волосы
непричесанны, лицо не умыто, косметики на нем - никакой.
- Не буду оригинален, - снова посмотрел на нее Кондор, - но ты потрясающе красива.
От него она таких слов еще не слышала, но смысл они имели совсем другой, чем у
Герца, или у Кси, или у того типа с пером Жар-птицы. Удивительно, что все мужчины
находили в ее красоте совершенно разные оттенки!
- С каких пор ты стал замечать красивых женщин? - усмехнулась Зела.
- Я не слепой, - ответил он и тоже усмехнулся, - к сожалению, даже слишком не слепой.
