Досадно. Мне ведь не только пистоли от него нужны. Мне три тыщи колесцовых мушкетов к весне вынь да положи. И тут на клич архимандрита народ хорошо отзывается. Стрельцы — сословие закрытое. Так просто не попадёшь. Там нужно, чтобы весь десяток за тебя поручился. Поэтому и набирали в основном из своих. А тут любой желающий в стрелки поверстаться мог. Главное, чтобы здоровье позволяло и совсем уж криворуким не был.
Кроме того, мне ещё гранаты для будущей гренадерской роты нужны, порох, свинец, железо доброе и ещё кучу разных мелочей, что в родном отечестве довольно трудно достать. Те же картофель с брюквой, к примеру, по весне совсем не лишними будут. Для начала на монастырских землях посадим, только без принуждения и перегибов, как в той, прошлой жизни было. Просто монастырь часть налогов именно этими овощами требовать станет.
Ну, ничего. Заказ настолько крупный, что этот Белтон как угорелый обратно в Кострому кинется. Тем более, что и здесь поручителем отец Иаков выступил.
Нет. Если смогу себе отцовский престол вернуть, быть ему патриархом! Он ведь мне не только с купцами и пополнением армии помог. Он мне ещё и связь с моими сторонниками наладить взялся. Монастыри всегда между собой в довольно оживлённой переписке состояли. Поэтому монастырские служки, скачущие по делам своего монастыря, подозрений ни у кого не вызывали. Один такой весточку от Иакова к архимандриту Свято-Успенского монастыря отцу Дионисию и повёз. Ага, тому самому, который наплевав на прямой приказ царя Дмитрия, с почётом принял изгнанного в Старицу патриарха Иова.
Так что в Старицу мне, рискуя нарваться на людишек Шуйского, ехать теперь не нужно. Дионисий сам о том, что я жив, бывшему патриарху расскажет и грамоту для меня попросит.
Ещё двое служек отправились в Тюмень и Мангазею.
Первый должен был добраться до сидящего в Тюмени воеводой Матвея Годунова (дорога туда дальняя и опасная, поэтому я решил продублировать своё первое письмо, от души при этом надеясь, что Тараско сам туда доберётся).
Второй был отправлен к воеводе Давиду Жеребцову. Ярый сторонник моего отца, Жеребцов и при царе Дмитрии был не в чести, а Василием Шуйским и вовсе сослан в заполярную Мангазею. Но ржевский дворянин не ожесточился и летом 1608 года сумел привести под Кострому почти две тысячи стрельцов, тем самым хорошо усилив армию Скопина-Шуйского и поспособствовав снятию осады Сергиево-Троицкой лавры.
Вот пусть и в этот раз Жеребцов свой отряд к Костроме приведёт. Только годом раньше и ко мне, а не к Шуйским. Ну, и мехов как можно больше захватит. В это время Мангазея является главным перевалочным пунктом по торговле мехами с западными купцами. Там этого меха, что гуталина на фабрике, где дядя кота Матроскина работает.
— С коней не падают, лук с саблей держать умеют, — хмыкнул между тем Подопригора. — Остальному обучим.
— Вот и славно, — кивнул я, решив на сегодня забыть обо всех проблемах и просто немного отдохнуть. — Тогда пошли гулять, сотник. Вон уже и народ к развра… на гулянку собрался.
Нормально отдохнуть мне, конечно же, не дали. Мы только и успели с Порохнёй по чарке-другой с себя опрокинуть, как меня за плечо начали теребить.
— Чего тебе?
Оглянувшись, я увидел за спиной Семёна, после того памятного боя с людьми князя Долгорукова выполнявшего при мне обязанности то ли ординарца, то ли телохранителя.
— Там этот, приказчик, что при иноземном купце служит, прискакал. Тебя, Фёдор Иванович, спрашивает.
— Чего это он? — оглянулся в нашу сторону Порохня. — Купец же ещё не вернулся. Шесть дней всего прошло.
— Может, товар какой пришёл? — задумался я. — Я своего интереса от приказчика не скрывал.
— Ну, пойдём, коли так, — согласился с моим доводам атаман. — Вдруг панцири для моей сотни привезли?
Юноша встретил нас возле недостроенной церкви, встрепенулся, радостно оскалившись, зашагал навстречу, ведя за узду коня.
— Здравы будьте, воеводы, — поклонился он нам с Порохнёй, не дойдя с десяток шагов. — Насилу добрался до вас!
— А что тебе за докука до нас добираться была? — усмехнулся я в ответ. — Тебя же Арсентием кличут, так?
— Арсентий и есть, — ещё шире улыбнулся приказчик. — А послал меня сюда мой хозяин, сэр Джон. Как только узнал про ряд, что ваши милости с ним заключить желаете, так сразу и послал.
Ишь ты, какой торопыга! Нет, понятно, конечно, что мой заказ на огромную сумму тянет и невиданный доселе барыш купчине обещает, но спешить в торговых делах даже в таких случаях не принято. Спешка, она заинтересованность в предстоящей сделке выдаёт, а значит, позиции в предстоящем торге ослабляет. Да и не значит один-два дня в этом торге ничего. Всё равно все заказанные мной товары, этот Джон только весной привезти сможет. Времени для того, чтобы до Англии добраться и всё необходимое там закупить, более чем достаточно.
— А как же твой купец там быстро из Нижнего Новгорода вернулся? — удивился Порохня. — Или не доехал он до города?
— Ладно, — махнул я рукой. — То дело десятое. Кто же гостя на пороге голодным держит? Пошли к столу, Арсентий. Там всё по порядку нам и расскажешь.
