В тот день по всей Москве гудели колокола. В Успенский собор стекались думные бояре, тянулся весь цвет духовенства: Тихон, архиепископ ростовский и ярославский, Нифонт, епископ суздальский и тарусский, Васиан, епископ тверской, епископы Протасий рязанский и муромский, Авраамий коломенский, Евфимий сарский и подольский, архимандрит Владимирского Рождественского монастыря Тихон Басарга, а также архимандриты монастырей Москвы: Новоспасского – Афанасий Щедрый, Чудовского – Феогност, Симонова – Феогност Завельский, Андроникова – Антоний.
Посреди Успенского собора Кремля сооружён высокий дощатый помост. На нём три трона: для деда, внука и митрополита.
В назначенный час появляются Великий князь и Дмитрий, сопровождаемые пением: «многие лета». Митрополит начинает молебен пречистой Богородице и святому чудотворцу Петру, потом читает «Достойно есть» и «Трисвятое», хор поёт тропари. По окончании молебна митрополит, Великий князь и Дмитрий-внук восходят на помост. Первые двое садятся, а внук останавливается у края помоста. Великий князь начинает речь: «Отче митрополит, по воле Божьей по древнему обычаю наших предков Великие князья-отцы назначали своим сыновьям первенцам великое княжение. И как по их примеру родитель мой, Великий князь, при жизни благословил меня великим княжением, так и я при всех благословил великим княжением первенца моего Иоанна. Но как по воле Божьей случилось, что оный сын мой скончался, оставив по себе единородного Дмитрия, которого Бог подарил мне вместо сына, то я равно при всех благословляю его, ныне и после меня, великим княжением владимирским, московским и новгородским, на которое я благословил отца его. И ты, отче, дай ему благословение».
После этого митрополит просит внука приблизиться, благословляет его крестом и велит дьякону читать молитву, а сам, меж тем, сидя возле него, склонив голову, молится: «Господи, Боже наш, царь царей, Господь господствующих, через Самуила-пророка избравший Давида, раба твоего, и помазавший его во царя над народом Твоим Израилем, услыши ныне моления наши, недостойных Твоих, и воззри от святости Твоей на верного раба Твоего Дмитрия, которого ты избрал возвысить над святыми Твоими народами. Которого Ты искупил драгоценнейшей кровью сына Твоего единородного, и помажь его елеем радости, защити его силой вышнею, возложи на главу его венец из драгоценных камней, даруй ему долготу дней и в десницу его скипетр царский, поставь его на престол правды, окружи его всеоружием справедливости, укрепи его десницу и покори ему все варварские языки, и да пребывает сердце его всецело в страхе Твоём, дабы смиренно внимал он тебе, отврати его от неправой веры и яви его истым хранителем заповедей Твоей святой вселенской церкви, да судит он народ в правде, и да дарует правду бедным, и да сохранит сыновей бедных, и да наследует затем царствие небесное».
После этого митрополит Симон говорит громким голосом: «Яко есть твоя держава твоё царство, так будет хвала и честь Богу отцу, сыну и святому духу ныне и вовеки веков» и велит двум архимандритам подать ему бармы, покрытые шёлковым покровом. Бармы – символ великокняжеской власти: большой круглый воротник, одеваемый поверх одежды на плечи, оплечье, сплошь украшенное драгоценными камнями и жемчугом, нанизанными на золотую и серебряную проволоку. Он передаёт их Великому князю и осеняет внука крестом, Великий же князь возлагает их на внука. Сверкающие камни и золото на шапке и на воротнике в блеске храмовых свечей сразу выделяют юного соправителя, подчёркивая его значимость.
Митрополит продолжает церемонию. «Мир всем!», – обращается он к присутствующим, а дьякон ему: «Владыка помолимся».
Митрополит произносит молитву в честь Дмитрия:
«Поклонитесь с нами единому царю вечному, коему вверено и земное царство, и молитесь царящему надо всем. Сохрани его под покровом Твоим, удержи его на царстве, да творит благое и надлежаще, да просияет правдою в дни свои и умножения господства своего и да живём в спокойствии и безмятежно, без раздора, во всякой благости и чистоте». Эти слова он произносит тихо, а потом громко: «Ты еси царь мира и спаситель душ наших, слава Тебе Отцу и Сыну и Святому духу, ныне и во веки веков, аминь».